Продолжаем говорить о том, каким был Бадд Боттичер и его творческий путь. Проработав десяток лет на фильмах класса «В» для крупных голливудских студий, он подался в независимое кино, дабы найти возможность самовыражения. И следующей остановкой стал американский вестерн. Именно благодаря созданной серии вестернов Ranown наш герой и вписал свое имя в истории кино. Во второй части статьи речь пойдет о малобюджетных ковбойских фильмах и о том, что кино — игра командная.
В предыдущей части материала мы на примере биографии почти забытого режиссера Бадда Боттичера старались понять, куда попадал молодой человек в Голливуде, если начинал строить кинематографическую карьеру. Герой статьи своими картинами умудрился повлиять и на Мартина Скорсезе, и на Серджио Леоне, и на Сэма Пекинпу
Уже в 1940-е годы на «Фабрике грёз» царили кумовство, пугающе широкая власть кинопродюсеров и запредельное влияние кинозвезд. Причем это парадоксальным образом уживалось с эффективной организацией производства. Бадд Боттичер прошел путь от технического консультанта по корриде на фильме «Кровь и песок» для студии 20th Century Fox до режиссера-постановщика на Universal Pictures, когда понял, что у него уже достаточно квалификации, чтобы делать фильмы более интересные, чем ремесленные поделки крупных мейджоров.
Единственный по-настоящему творческий проект Боттичера к этому моменту, фильм о корриде «Тореадор и леди», мало того, что запускался с большим скрипом, так еще и был значительно сокращен из-за прокатных соображений.
Джунгли, пески и душегубы
Громко хлопнув дверью на большой и страшной Universal, в 1953-м году Боттичер отправился прямиком к независимому продюсеру Роберту Стиллману, руководившему небольшой конторой Robert Stillman Productions имени себя (вообще в мире большого кино подобный нарциссизм в подходе к названиям предприятий встречается часто). Стиллман собирался создать фильм «Американец» по сценарию Гая Троспера (также написавшего «Любителя птиц из Алькатраса»).
Бадд Боттичер, пожалуй, лучше всех подходил для постановки такого проекта, как «Американец». Троспер написал историю об американском фермере, вынужденном из-за финансовых трудностей продать скот аж в Бразилию и отправлявшемся перегонять быков в эту дальнюю жаркую страну. Боттичер всё знал о быках, любил экстрим и морально готов был к отчаянной работе.
Поэтому он убедил Стиллмана, что необходимо снимать фильм не в павильонах студий, и не на берегу Калифорнии, а в настоящих джунглях Бразилии. Он вместе с исполнителем главной роли, актером Гленном Фордом, выехал в Бразилию, чтобы начать создавать материал для картины. Бадд, наконец-то дорвавшись до производства, неподконтрольного студийным бонзам, устроил из процесса настоящий рок-н-ролл, принявшись фиксировать в кадре не только актера и экзотические пальмы, но также змей, рептилий, насекомых и прочие опасные явления бразильской флоры и фауны
А тем временем Боттичера никак не отпускала эмоциональная связь с корридой, особенно после морального разочарования, вызванного трудностями с «Тореадором и леди». Поэтому первым целиком состоявшимся независимым проектом режиссера стал «Великолепный матадор» (рабочее название фильма и сценария звучало как «Номер первый») — картина, написанная специально для того, чтобы дать главную роль Энтони Куинну.