На даче у родителей яблоня швыряется яблоками. Крыша содрогается всем своим ребристым, железным нутром, подставляет нагретые солнцем ладони, но яблоко срывается прямо в разверстую бездну: падает точно между тонкошеими флоксами в розовых бальных платьях, оборачивающихся на каждое дуновение ветра, на самый малейший шум — где он, принц?
А это вовсе и не принц, а разухабистое яблоко с крыши бэмс-бамс-бумс: "А позвольте представиться, а разрешите на танец, шампанского дамам! Да не пьян я, не пьян, простите, виноват, только что с войны алой и черной смородины, да-с, изранен, избит, потерял в сражениях пол-наливного бочка, но хвостик — демонстрирую, мадемуазель, — хвостик сохранил. Можно я прямо тут, у ваших ног, в траве-мураве, полежу, подумаю о вечном?.."
И лежит, наглец, по-гусарски протыкая хвостиком, как саблей, голубиного цвета небо, а флоксы колышат над ним кисейными юбками.
У кормушки цвиркают синички, златохвостая Эос белка утаскивает в дупло очередной орех-кракатук, вспархивают с дорожки трясогузки, дятел с малиновым брюшком долбит березу. А на соседней даче истерично заливается ребенок: "Ну, не надо, не надо, не хочу домой!.."
На газон очень медленно падает жёлтый берёзовый лист, и у всех нас начинает заканчиваться лето...
Август!
Другие статьи можно прочитать, нажав на выделенные синим ссылки:
Крибле, крабле, бум, или Осы под мухой
Как белка подумала, что я её съем и другие смешные истории
#о живности третий орешек