Александр Гордон, это голова! Первый раз он меня поразил году в 97-м, когда я услышал его на «Серебряном дожде». Это было настолько необычно, относительно того, что я привык слышать на радио и даже смотреть на телевидении. А главное, это настолько совпадало с моими глубинными внутренними ощущениями. Я стал слушать его регулярно, а потом смотреть. Стало еще сильней. «ХУ» на канале «31», это было что-то невообразимое! Я даже записывал эти передачи. Одну из кассет как-то подарил самому Александру Гарриевичу. Мы с ним виделись дважды и несколько раз разговаривали по телефону. История встреч забавная. Первая. Я катался по Москве. И не то, чтобы бомбил, потому что мог подвести бесплатно. И вот я стартую со светофора от Петровского бульвара к Страстному, смотрю, у больницы стоит высокий человек и голосует. Останавливаюсь. «До Никитской не подвезете?» Приглашаю сесть. Садится… он. Я даже опешил. Разговорились. Я тогда бросил пить и хвастался этим. Он, сказал, что у него это не получается сделать. Доехали. Расстались.
Потом мы его звали на первый фестиваль сторителлинга. Он не смог прийти. Но, у меня оказался его телефон. Я ему как-то позвонил поговорить именно про сторителлинг. У меня было несколько продуктов, которые хотелось ему показать. Потом я пришел к нему на поэтический вечер «Противоядие» в Театр современной пьесы. Там опять поговорили. Но, поскольку он уже серьезно был занят на телевидении, увлечь его чем-то не представлялось возможным.
Кирилл Палыч, спросит читатель, к чему это все? Да к тому что все это косвенно относится и к интервью. Например… Началось оно с того, что, оказалось, давая согласие на разговор Гордон попросил Дудя посмотреть выпуски программы «Хмурое утро» на ТВ. А потом объяснил, что там было то, что теперь происходит в блогосфере и соц сетях и выглядело очень странно. Подтверждаю! А было это лет за 7 до первых «Одноклассников». Вот и подумайте…
И все, что он делал было таким. Странным и опережающим время. Уже в конце интервью Дудь спросил, а почему, при тех авторских проектах, все кончилось «Мужским и женским». «А потому что ничего из этого не было востребованно…» Востребованно «Мужское и женское», а ему нужны деньги. Подтвердилось это и в самом интервью, когда Дудь упомянул фильм «Огни притона» в контексте проституции и тут же перешел к другой теме. А это величайший фильм! Я смотрел его раз десять.
Из основного я бы отметил три момента, о которых говорил Александр Гарриевич. Искусство – это УТЕШЕНИЕ, а не вот это вот все. И тут ему вторит писатель Крис Бакли в своей книге «Господь мой брокер»: «Торгуйте утешением, а не совиньном!» Эти слова были обращены к монахам, которые, находясь в стесненных обстоятельствах, решили выпускать собственное вино.
Второй момент. Прежде чем начать что-то делать, ответь себе на три вопроса: Что? Как? Зачем? Из них последний самый важный. И как раз на него, в большинстве своем, творцы и не отвечают. А третий момент, Путин – один из лучших правителей за всю историю России. Потому что при нем произошла самоидентификация. Осознание того, Кто мы? Очень по сторителлинговски.
В конце хочу сказать. Александр Гарриевич очень глубокий, искренний, романтичный, при этом циничный человек. Дай ему бог здоровья!
