Элффен уселась на стул

Элффен уселась на стул, настроение у нее неожиданно изменилось.

– Вполне возможно, что нас поймают. Я знаю Гартенна уже много лет – с тех пор, как была еще совсем девчонкой – и никогда не видела его таким обеспокоенным. Рыцарь по имени Эремон… – Она сглотнула. – Гартенн его боится. А если Гартенн кого-то боится, то я просто в ужасе. – Она посмотрела на Элиз. – Вы знаете того рыцаря – почему Гартенн его опасается?

– Не знаю. Эремон отталкивающий и мрачный человек, чрезвычайно уверенный в себе. Но за этим стоит еще что-то… Даже своим телохранителям Эремон внушает страх. Словно чем больше ты его знаешь, тем у тебя больше причин его бояться. Мне еще никогда не приходилось встречать людей, похожих на Эремона.

Элффен рассеянно смотрела на Элиз, возможно, пыталась представить себе такого человека.

– Почему Гартенн мне помогает? Почему ты согласилась помочь?

Элффен удивленно заморгала, словно глубоко погрузилась в собственные мысли.

– Вы дочь лорда Каррала Уиллса: этого достаточно. Кроме того, к нам обратился Алаан, а Гартенн сделает все, о чем Алаан попросит.

– Я все равно не понимаю. Ты объяснила, почему Гартенн принимает участие в моей судьбе, но зачем тебе нужно рисковать? Разве я не могла бы путешествовать вдвоем с Гартенном?

– О, Алаан не мог допустить, чтобы вы путешествовали без спутницы, – ответила Элффен. – Я уверена, он дал обещание вашему отцу, что будет вас всячески оберегать.

Элиз вдруг вспомнила руку Алаана, лежавшую у нее на плече, его губы. Похоже, в тот момент он не слишком ее оберегал.

Элффен вдруг вскочила на ноги, и ее лицо озарилось радостью, даже шея слегка покраснела.

– Но сегодня мы свободны, и я собираюсь этим воспользоваться. – Она накинула на плечи шаль, постояла перед зеркалом, и ее возбуждение на миг исчезло.

Потом она лукаво улыбнулась своему отражению, поцеловала Элиз в щеку и выскользнула за дверь.

Элиз осталась сидеть на своей постели – ей вдруг показалось, что окружающий мир находится в движении. Люди назначают друг другу свидания, их подхватывают порывы страсти, они рожают детей, выигрывают турниры, умирают на полях сражений. Но сама Элиз ничего не делает. Она играет на лютне и ведет дневник. И еще предается мечтам.

Неправда, напомнила себе Элиз. Она сбежала из дома, стала странствующим менестрелем, скрылась от принца и его жестокого советника. Именно такие события описываются в книгах, но Элиз почему-то не ощущала себя настоящей героиней. Персонажи романов не сидят по вечерам в одиночестве в своих спальнях. Они отправляются на балы, вылезают в окно, чтобы в лунном свете сбежать по крыше на поиски приключений. И за ними ухаживают красивые лорды и дерзкие рыцари. Героинь романов увлекает за собой танец жизни.

Но она неподвижно сидела на постели.

– Я дама, оставшаяся без кавалера в танце жизни, – сказала она вслух и улыбнулась.

И все же Элиз не знала, что ей делать. Глупо заводить роман только из-за того, что ей нечего делать.

– Возможно, я слишком благоразумна. – Элиз хотелось что-нибудь предпринять, стать частью меняющегося мира.

Ее внимание привлек шум за окном. Ставни остались приоткрытыми, и в щель между ними Элиз заметила отряд вооруженных всадников, которые спешивались во дворе замка.

– Она сейчас одна в своей комнате, – послышался чей-то голос. – Привести ее к вам, лорд А'дэнне?

– Нет, я сам поднимусь наверх.

Лорд А'дэнне!

Какую же она совершила глупость, когда согласилась остановиться в этом замке! Впрочем, теперь слишком поздно жалеть. Наверное, кто-то из слуг ее узнал!

Что же теперь делать? Элиз подскочила к двери, намереваясь предупредить Гартенна, но в последний момент сообразила, что если они знают, где она находится, значит, за ее комнатой кто-то следит. Она почувствовала, что сейчас расплачется. Через несколько мгновений они уже будут возле ее двери. Элиз задвинула засов и задумалась. Что толку закрываться?