«С паршивой овцы хоть шерсти клок», - подумала про себя в несвойственной ей простонародной манере Юлия Марковна, размещая на своем счету в банке два миллиона рублей.
Юлия Марковна работала библиотекарем в престижном ВУЗе и обычно таких выражений себе не позволяла. Но сейчас у нее не было вариантов.
Муж Юлии Марковны уходил от нее к другой женщине. И в качестве отступных передал бывшей супруге упомянутую денежную сумму.
Как будто можно измерить и оценить в рублях страдания, вызванные предательством близкого человека.
Поначалу Юлия Марковна рассчитывала скрыть от коллег свою семейную ситуацию. Случившееся, по мнению Юлии Марковны, передвигало ее в рейтинге успешных и достойных женщин на последние места. И оттого ей хотелось избежать расспросов и соболезнований.
Но женский коллектив обмануть невозможно.
В одну из пятниц ближе к завершению трудового дня и рабочей недели за одним из стеллажей читального зала накрывали стол. Стеллаж был выбран не случайно. Именно на нем плотными рядами разместились собрания сочинений Ленина и его предшественников Маркса и Энгельса.
На памяти Юлии Марковны за последние несколько лет никто из читателей не почтил своим вниманием труды именитых авторов.
Стол с закусками и салатами оказался надежно спрятанным от читательских любопытных взглядов.
Отмечали юбилей старшего библиотекаря Ирочки. Народ в библиотеке подобрался возрастной. Ирочка в свои сорок пять была в коллективе самой юной. За ее усердие и нетерпимое отношение к задолжникам руководство присвоило ей звание «старшего» сотрудника.
Пили Ирочкино домашнее вино, приготовленное ее пожилой матушкой из дачного винограда Изабеллы. Первый тост был за именинницу.
Ирочка считалась молодой и неопытной в жизненном плане. Замужем никогда не была. И все свои сорок пять лет прожила по инструкциям своей матушки. Которая, хоть и желала дочери благополучия в жизни, своими старомодными советами делала все, чтобы благополучие держалось от Ирочки как можно дальше.
Пожелав юбилярше семейного счастья и карьерного роста, нимало не смущаясь, что ни то, ни другое скорее всего не случится, женщины перекинулись на Юлию Марковну.
Прикрываясь благими намерениями, а на самом деле желая найти безответный объект для нападения, коллеги вынудили Юлию Марковну поделиться подробностями семейного конфликта.
Услышанным женщины остались довольны. То, что Юлия Марковна всплакнула, добавило коллегам пострадавшей уверенности в том, что ее не зря вывели на разговор.
Забыв про салаты с нарезками, редких читателей в зале и о необходимости соблюдать тишину, коллектив библиотекарей схлестнулся внутри себя.
Ирочка и ее сторонники осуждали супруга Юлия Марковны самым решительным образом. Дошло до того, что несчастной предложили вызвать его под невинным предлогом на свидание и швырнуть в него, ни о чем не догадывающегося, презренные два миллиона рублей.
Такой суммы сама Ирочка никогда не видела. Но точно знала, что швырнуть необходимо.
И было непонятно, в чем обвиняли бывшего мужа Юлии Марковны. То ли в самом факте расставания с супругой, то ли в маленькой сумме отступных.
Швырнула бы Ирочка пять миллионов? А семь? Эти вопросы остались без ответа.
Немедленно составилась оппозиция.
Сотрудницы постарше увидели в поступке супруга Юлии Марковны однозначно благородную подоплеку.
Для сравнения припомнили, что бухгалтера Веронику Семеновну, которой до пенсии оставался год, при разводе муж не только оставил без средств, скопленных за долгие годы в браке, но и попросил на выход с вещами из квартиры его родителей, в которую Вероника Семеновна доверчиво заехала сразу после свадьбы тридцать лет назад.
В подобных дискуссиях молодость всегда проигрывает. Не имея возможности выложить козырными картами столько же примеров из жизни, сколько готово предоставить, аргументируя свою точку зрения, поколение 50+.
Посиделки завершились напутствием Юлии Марковне не дуться на бывшего, радоваться, что располагает приличной по нынешним временам суммой и общим советом купить на мужнины отступные какую-нибудь недвижимость.
Возвращаясь по ночным улицам домой Юлия Марковна по-новому взглянула на ситуацию.
Все-таки женскому коллективу любое море по колено. Вот и Юлию Марковну смогли привести в чувство. И направить энергию, порожденную расставанием, в созидательное русло.
Первой мыслью Юлии Марковны было желание приобрести новостройку на стадии котлована где-нибудь на окраине московской области. Купить что-то подобное ближе к Москве не получалось по деньгам.
Новостройка достраивалась, ремонтировалась и выгодно сдавалась в аренду, обеспечивая ее владелице безбедную старость.
Однако, почитав в интернете ужасы про обманутых дольщиков, Юлия Марковна передумала покупать строящееся жилье и начала склоняться к уже готовому.
Объявление на подъезде соседнего дома «Продам комнату в коммунальной квартире» с указанием стоимости, равной сумме, которой Юлия Марковна располагала, подсказало потенциальной покупательнице решение задачи.
Юлия Марковна созвонилась с продавцом и явилась на просмотр.
Квартиру показывал сам собственник. Риелтора у него не было. Риелтор был ни к чему, так как продавец Анатолий сам прекрасно разбирался в вопросах оформления купли-продажи. К чему еще платить риелтору, согласилась с ним Юлия Марковна.
Видела Юлия Марковна и соседей – семью коренных москвичей, состоящую из родителей-пенсионеров и двух взрослых сыновей. Сыновья молча наблюдали за смотринами через приоткрытые двери своих комнат.
Глава семьи Дмитрий Николаевич ограничился приветствием и, немного постояв в прихожей, ушел в свою комнату. Юлии Марковне показалось, что хотел Дмитрий Николаевич о чем-то ее предупредить. Но не смог выбрать момент, чтобы остаться с ней наедине. Без Анатолия. Увлеченная предстоящими переменами, она вскоре об этом забыла.
Сделка состоялась. Комната № 3 в трехкомнатной коммунальной квартире перешла в собственность Юлии Марковны.
Однажды субботним вечером приглашенные мастера переклеивали обои, а новая собственница, радуясь приобретению, наблюдала за их работой, стоя на пороге своей комнаты.
В коридор вышел Дмитрий Николаевич. Посмотрев, как преображается комната Юлии Марковны, он отчего-то махнул рукой и зашагал на коммунальную кухню.
Юлия Марковна вознамерилась догнать его и потребовать объяснений.
Уговаривать Дмитрия Николаевича не потребовалось.
А дальше случилось следующее
______________________________
Он сам рассказал Юлии Марковне о том, что в комнате № 3 до недавнего времени по договору соцнайма проживала некая Лариса с ребенком. Лариса любила выпить и приводила к себе таких же приятелей. Появившийся из ниоткуда в ее жизни Анатолий зарегистрировал с Ларисой брак, прописался в комнате, и вместо того, чтобы наставить супругу на путь праведный, собственноручно приносил ей алкоголь по поводу и без.
Ларису лишили родительских прав, ребенка Машеньку тринадцати лет отправили в детский дом. Через несколько дней Лариса почему-то выписалась из комнаты и уехала в глухую деревню.
А Анатолий быстро приватизировал комнату и продал ее Юлии Марковне.
И теперь про Ларису и Анатолия можно и не вспоминать, а вот Машенька за собой право на проживание в комнате сохранила. И через пять лет запросто может появиться на пороге комнаты № 3. Да еще и найти юриста, который подскажет девушке, как оспорить итоги приватизации в ее пользу, а сделку купли-продажи между Анатолием и Юлией Марковной признать недействительной
(Все имена и события в тексте вымышлены, совпадения случайны)
_________________________
Совет 49. Ребенок, выписанный до приватизации в детский дом, сохраняет свои права на участие в приватизации
Добрый день, друзья. Меня зовут Клара Ц. Вы можете написать мне на почту ClaraRoza2021@yandex.ru