Любимая сестрёнка наследников султана Сулеймана с детства отличалась умением грациозно проворачивать всякие мелкие пакости. Девочкой-припевочкой она никогда не была: гены династийной вредности, доставшиеся от тётушек, периодически давали о себе знать.
Единственным достоинством Михримах можно считать любовь и преданность по отношению к матери. Хотя это вряд ли личная заслуга луноликой красотули: если бы мама с самых пелёнок не вбивала ей в мозги нужные жизненные ценности, ещё неизвестно, что из неё в итоге бы выросло...
В общем, мать с отцом Михримах любила нежно и безоговорочно. А вот братьев - почему-то выборочно. Возможно, потому что братьев народилось слишком много, и кукольное сердечко османской принцессы не справлялось с объёмами переработки.
Когда в падишаховом семействе в очередной раз разыгрывался супер-приз для шехзаде - санджак Маниса (он же Сарухан), Михримах с чего-то вдруг возомнила, что у неё есть право выбора.
Султану, по большому счёту, было всё равно, кто именно из отпрысков туда поедет: главное - назначить самого достойного. Просто функция расширенного поиска, и ничего личного.
У Хюррем тоже не наблюдалось однозначных предпочтений: главное, чтобы достойный был из числа её сыновей. То есть её устроил бы любой вариант, кроме Мустафы. Даже Джихангир, наверное. Закавыка лишь в том, что Джихангира по причине проблемного здоровья повелитель никогда бы наместником в Манису не отправил, и Хюррем это отлично знала.
А Михримах выставила тонкие настройки и начала толкать "к трону", как она это называла, Баязида. Откуда вдруг такая конкретика в предпочтениях нарисовалась, даже родной муж не понял. Пока братцы носились по дворцу шкодливой мелюзгой, старшая сестра между ними двумя особой разницы не видела. Оба - из "последышей", оба заведомо в проигрыше перед лидерами прямой конкуренции за престол - Мустафой и живым ещё на то время Мехмедом. И, чего уж правду скрывать, оба - лопушата с ушами.
Но лопушата выросли. И, как только папа инициировал предвыборную кампанию, шустрая дочка наскоро сколотила продюсерский центр "МиР" ("Михримах и Рустем" то есть) и не поскупилась на финансирование своего кандидата.
Селима же она при любой возможности норовила окунуть носом в лужу. Например, по утрам открывала с ноги дверь в его покои и с визгом: "Рота, подъём!" чуть ли не за ноги стаскивала с кровати голотощую Дильшах. При этом у Михримах было такое выражение лица, как будто она принесла знамя высокой нравственности в непотребный гадюшник.
Но, минуточку, Дильшах, несмотря на все её недостатки, была официальной наложницей из официального гарема шехзаде. И по ночам она с этим шехзаде занималась тем, чем занимаются взрослые люди, состоящие в каких-никаких серьёзных отношениях.
Баязид же пользовался у сестрёнки безграничной благосклонностью потому, что был щедр на подарки: то жеребёнка пригонит, то побрякушку какую-нибудь преподнесёт. У прижимистого Селима, похоже, и в голове никогда не скреблось, что отношения с людьми нужно подкреплять материальными инвестициями.
А у Баязида это дошло до автоматического навыка "люблю, умею, практикую". И сестрёнке подарок сварганим (неважно, что за сестрёнкины же деньги), и подданным золото раздадим, и ещё на ветер швырнуть останется. А долги - ну, и подумаешь, долги! Я будущий падишах, мне всё можно. Деньги сестрямба пусть добывает, у неё муж - великий визирь, и должен свой хлеб отрабатывать.
Другая причина, по которой Михримах брезговала Селимом и питала особую нежность именно к Баязиду, - последний целиком и полностью соответствовал её внутреннему идеалу мужчины. Ей всегда нужен был такой герой, чтобы тестостерон фонтаном, желваки ходуном, ноздри парусом, мозг калачиком. Чтобы - как Бали-бей: красавец мужчина, усы плюс щетина. У Баязида усы не уродились, правда, но это мелочи жизни. В остальном очень даже подходил под формат заветного идеала.
А Селим только по напиткам спец (в понимании Михримах), флегматик и зануда. Презентов не дарит, комплиментов не делает, деньгами сорить не умеет, пар из ноздрей выпускать - тоже. Куда ему с такими данными в калашный ряд на султанский трон...
Вот и вся нехитрая логика Михримах.
Или здесь ещё какая-то собака зарыта? Как вы думаете, дорогие читатели?