Часть 1. Роды за 165 000 рублей: стоит ли платить?
Часть 2. Палата с бассейном и личная акушерка.
Часть 3: Схватки в бассейне и неожиданное решение врача
До родов я думала, что буду дико расстроена, если придется делать кесарево. Но в конце концов была даже рада. Для меня было важно, чтобы с ребенком все было хорошо, и если вопрос встал так, то надо было соглашаться.
Дальше все произошло за считанные минуты. Антибиотик в катетер, каталка, «переезд» в операционную. Воображение рисовало стерильный голубой зал, но оказалось, что операционная приятного желтого цвета, уютная и почему-то очень теплая.
- Это, чтобы ребенку было комфортнее, когда он родится, - объяснили мне.
Я была уверена, что в операционной будет хирург и пара ассистентов, но там было человек 8, не меньше! Мне сделали местную анестезию и закрыли живот специальной ширмой. Я жутко волновалась – сейчас родится моя дочь!
За спиной сидел муж. Его пустили в операционную, но сначала посадили вдалеке – вдруг в обморок упадет? Такие случаи уже бывали: что поделать, мужчины порой оказываются более нежными, чем женщины! Но мой оказался крепким и на вопросы о том, как он себя чувствует, отвечал:
- Я-то хорошо, вы лучше жену спросите – это же она у вас на операционном столе лежит:)
А мне было хорошо. Только дико волнительно. Мужа пересадили в изголовье, мне стало чуть спокойнее, я спрашивала у него, что он видит и чем порадует. Думаю, в глубине души он сильно волновался, но виду так и не подал.
Почему не получается ее достать?
Разрез я даже не почувствовала. А вот, когда врачи стали растягивать живот, чтобы достать ребенка, это ощущалось. Было не больно, но противно.
Я вглядывалась в лица врачей, всматривалась за ширму – ну когда же появится моя дочка?
Я смотрела на хирурга, и мне казалось, что она сейчас сломает себе руку – она тяжело дышала, пыталась подцепить ребенка и в какой-то момент эмоционально выдала что-то в духе:
- Да что же это такое, почему не получается достать?!
Мне стало неспокойно. Я видела невозмутимость этого врача во время всего процесса родов и понимала: если даже она начинает нервничать, значит, есть проблема. Минуты тянулись, врачи старались, происходило что-то неподвластное мне, а я могла только лежать и молиться.
Внезапно за моей спиной торжественно объявили:
- 16:05!
Только после этого я выпала из оцепенения и вновь посмотрела за ширму. Там что-то активно происходило, врачи зашевелились, я приготовилась слушать первый крик своей дочери. Я всегда думала, как же страшно не услышать после родов крик своего младенца.
И теперь лежала, глядя в одну точку, напряженно вслушиваясь в тишину. Впервые я ощутила время, как материальную субстанцию, мне казалось, что секунды медленно растягиваются, как эластичная жвачка. Ни до, ни после я не ощущала время настолько полно.
Внезапно из угла донеслось кряхтение. Оно быстро разгонялось, стало похоже на мяуканье и вдруг превратилось в живой, здоровый крик. Из глаз полились слезы, я только и говорила «Слава Богу, Слава Богу». Мне хотелось перекреститься, но руки были разведены в стороны и зафиксированы под капельницу, так что я могла лишь мысленно благодарить Бога.
- Папа, идите сюда, смотрите на дочку, - раздалось из заветного угла, где работали с Аришкой.
Муж тихо, еле слышно ступая, пошел к ней. Мне так хотелось тоже увидеть ее, прямо сейчас! Но меня начали зашивать, и оставалось только порадоваться за мужа. А из угла радостно донеслось:
- Она нифига не лысая!
И тут я услышала голос акушерки:
- Ну что, Ариша, пойдем с мамой знакомиться?