В связи с эпидемией коронавируса карантин в больнице будет введён.
«С понедельника, — полагает Татьяна Викторовна и с уверенностью добавляет, — никаких контактов с внешним миром!»
Мне непонятно, что именно она имеет в виду, но время до понедельника, тем не менее, ещё остаётся, и, исходя из имеющихся возможностей, следует подготовиться к полной изоляции наилучшим образом. К имеющимся возможностям я отношу намеченный на десять часов приезд мамы и предусмотренное распорядком дня посещение родственниками с 16 до 18.
Позавчера, в пятницу, я рассчитывал получить заказанную ранее ручку, но не случилось, поэтому, расстроившись, сразу же заказал две, причём с восклицательным знаком. Надеюсь, что мама их сегодня привезёт, но, кажется, в записке имеет смысл напомнить.
Вчера подумал также о том, что неплохо было бы позаботиться и о новой тетради. Свободного места во второй ещё достаточно много, но по тому, с какой скоростью она заполняется, можно судить, что закончится дней через пять. А так как с понедельника передачи, вероятнее всего, принимать не будут, то необходимо запастись бумагой заранее. Тем более, неизвестно, как долго я здесь ещё пробуду.
И, конечно же, чай, без которого ни полдник, ни социальный статус в отделении полноценными не являются.
Записка получилась короткой, но предельно содержательной и крайне выразительной.
Приветик!
С понедельника объявят усиленный карантин. Говорят, что никаких передач принимать не будут. Поэтому повторяю просьбы, которые необходимо выполнить сегодня.
Пожалуйста, привези нормально пишущие ручки (если еще не привезла) и новую тетрадь!!! А также пачку чая!!! Обязательно!!!
Это жизненно необходимо, все другое не столь важно.
Поскольку я приехал в Горнозаводск с минимальным набором одежды и потому до сих пор нуждаюсь в новой футболке, ещё в пятницу, на всякий случай, написал об этом записку.
Купи, пожалуйста, какую-нибудь светлую футболку […].
Одежда для больницы, поэтому лучше на распродаже, не дороже 500 руб. Мой размер L. Магазин [название] в Горнозаводске находится, по-моему, в «Звезде».
Отправлять её я не стал, рассудив, что можно и повременить, однако угроза необычно строгого карантина явилась причиной поменять решение. Поэтому сегодня, чтобы обозначить степень важности, сверху крупными буквами приписал:
Это исключительно по возможности!
Не обязательно!
В начале одиннадцатого я, к своему удивлению, получил только очень длинное, написанное накануне письмо. Его доставила санитарка Рыжая Танюша, предупредив, что продукты уже отнесла на кухню, тёте Маше, «ой, то есть буфетчице».
В ответ я передал обе записки и стал читать.
Илья, привет!
Пишу вечером.
Завтра утром позвоню в отделение, узнаю, будут ли принимать передачи.
Когда я в пятницу в 3 ч. пришла к врачу, меня на этаж уже не пустили и сказали, что передачи будут принимать только в 4 часа и только смену белья, а продуктовые принимать не будут.
Но та добрая женщина, которая мне сказала, что тебя курирует Катя, видимо кому-то звонила, пришла санитарка из отделения и взяла у меня передачу.
Запрет, который ввели по всей стране, будет действовать до 5 апреля, пожилым людям даже на улицу нельзя выходить.
Все санатории и курорты закрыли до июня месяца. Мои знакомые, которые хотели ехать на отдых в Белогорье и по пути заехать ко мне погостить, уже сдают билеты.
А Валя [сестра] тоже сказала, что к нам не поедет, сидит сейчас дома.
Дима Белов отправил посылку на мое имя 26-го днем, а я отслеживала. Сегодня 28-го, она поступила к нам на почту. Если завтра почта будет работать, то схожу и получу.
Сейчас позвонила на почту, телефоны молчат, вышла в 2ГИС. Написано не работает, не знаю только сегодня или до 5 апреля.
Катя не отвечает. После того как она вышла из кабинета, тогда, в первый день, я ее больше не видела.
Для тебя все стараются, ты не обижайся. Почему ты сердишься на меня, я делаю всё, что могу.
В передаче блинчики с мясом и рисом, […].
Приду во вторник, если будут принимать передачи.
Как только закончил читать, неожиданно, потому что не надеялся, с первого этажа принесли ответ на две моих записки, вероятно, захватив по пути.
Я тебе в среду привозила целую пачку чая.
Футболку попытаюсь купить, может быть, вечером привезу. И чай, если примут, Сказали, что продукты больше принимать не будут.
Содержание ответной записки мамы меня очень сильно расстроило. О столь важных теперь ручках и тетради в ней ничего не говорилось, ни единого слова. Напротив, «попытаюсь купить» о совсем необязательной футболке на её языке означало, что купит непременно. Забавным показался упрёк относительно пачки чая, но огорчило «если примут».
Возникшее непонимание казалось бы смешным, если бы не сложившиеся обстоятельства и обусловленное ими расстроенное состояние. Однако, хотелось верить, что просьбы мои всё же выполнены будут, и оставалось одно — дожидаться вечера.
Дневник пациента. Запись 100
Начало ← Предыдущая ← → Следующая → Все записи