Как он всегда желал этого в своих фантазиях. А теперь здесь была реальность, и он не хотел ее. Он хотел, чтобы его развязали, чтобы он был свободен. Пойти за Сарой и поговорить с ней, умолять ее. А если не получится... найти тихий уголок, чтобы свернуться в клубок. Но он не мог. Его девушка, любовь всей его жизни, приняла поистине странное решение, которое поставило его в тупик. Он понимал это на каком-то уровне, но все равно это отдавало предательством. Легкого выхода. Да, ей было больно расставаться с ним. В этом он был уверен. И он также был уверен, что она действительно думала, что "отдать" его доминантке будет для него забавой. Но он также знал, что теперь ей не придется встречаться с ним лицом к лицу, что она сможет избежать столкновения, полного слез расставания. И он чувствовал, что, по крайней мере, заслужил это.
Нет, это было не по-настоящему. Это было нереально. Все его фантазии превратились в кошмар. Ему нравилось быть связанным. Он никогда не представлял себе такой сценарий, когда он был полностью связан и хотел быть свободным.
Госпожа Джулия села на пол рядом с его лицом и заговорила.
- Мне очень жаль, милая. Я знаю, как это тяжело. Но мы повеселимся, обещаю. И может быть, ты не забудешь ее полностью, но ты забудешь ее хотя бы на эти выходные. И это только поможет тебе идти вперед, доказывая, что ты можешь забыть ее. Это придаст тебе сил. И кроме того... Я действительно думаю, что ты довольно симпатичный. То, что твоя девушка рассказала мне о тебе... у тебя есть потенциал. Может быть, ты даже захочешь остаться подольше. И, может быть, я тебе позволю. Впрочем, посмотрим."
Сэм уставился на нее. Он слышал каждое слово, но это было все равно что подслушивать разговор из двух комнат. Как будто его разум был двумя предложениями позади того, что она говорила. Он попытался заговорить с ней сейчас, но все его звуки были приглушены через мешочек. Но если он был достаточно медлителен, то чувствовал, что его можно понять.
- Послушайте, мисс Джулия. Не могли бы вы-"
-Ш-ш-ш, - перебила она. - Здесь есть свои правила. Я знаю, что вы пришли сюда не по своей воле, но мы оба знаем, что вы понимаете, кто здесь главный. Так что просто-"
Сэм начал кричать и метаться, отталкивая госпожу Джулию. Все его прежнее отчаяние было увеличено на 10, на этот раз разочарование затмила ярость. "К черту все это!" - подумал он. Ярость, граничащая с паникой, ПОТРЕБНОСТЬ освободиться СЕЙЧАС. Он снова потянул за веревки, за клейкую ленту, стягивающую его запястья и локти, лодыжки и колени. Изо всех сил и еще сильнее он тянул, ревя в мешок. И с треском, который удивил всех в комнате, лента, которая привязывала его запястья к лодыжкам, была сломана, и его ноги с грохотом упали на пол.
В этот момент адреналин схлынул, и поначалу Сэм торжествовал. Его борьба начала освобождать его. Но тут он заметил, что госпожа Джулия смеется над ним.
-Ха-ха-ха! О, это было чертовски фантастично! Вау. Я не думал, что в тебе это есть. Такой маленький и слабый человечек, и тебе удалось почти вырваться. Я был прав. У тебя есть потенциал."
Сэм подумал, что теперь он знает, каково это-быть в шоке. Он был ошеломлен, его мозг работал так быстро, что он не мог удержать ни одной мысли. Госпожа Джулия села рядом с ним, прислонившись к дивану. Она притянула его к себе, прислонив его спину к своей груди, его связанные руки прижались к ее ногам, а голова-к ее груди. Она принялась гладить его по голове.
- Ш-ш-ш. Там, там. Расслабиться. Все будет не так уж плохо."
Сэм был опустошен, но не мог довести себя до такого состояния, когда ситуация была бы в порядке. Это было... отвратительно. Нечистый. Он чувствовал себя отвратительно. Он не хотел этого, не сейчас. Может быть, больше никогда.
"Пиз (пожалуйста). Я просто хочу домой."
-А-а-а. Этого не случится, милая. Извините. Но послушай, мне действительно кое-что от тебя нужно. У меня вот этот контракт, - она достала листок бумаги. - Я знаю, что это тяжело, когда у тебя связаны руки, но мне нужно, чтобы ты подписал его. По крайней мере, начальный. Все, что там написано, - это то, что ты согласилась стать моей рабыней на выходные. Стандартный материал, просто чтобы быть осторожным."
Сэм наклонил голову и в замешательстве посмотрел на нее. -Ты, блядь, серьезно, - попытался сказать он, и, видимо, госпожа Джулия была профессионалкой в понимании мужчин с кляпом во рту, потому что она строго посмотрела ему в глаза и сказала:"
- Ни хрена себе."
- Она вздохнула. - Я боялся, что ты это скажешь. Смотри, в конце концов все подписываются. И все, 100% людей, с которыми я это делал, в конце концов поблагодарили меня. С энтузиазмом. Большинство хочет остаться подольше или вернуться снова. Обещаю, тебе понравится. Так что просто дайте ему шанс. Что скажешь, милая?"
Сэм тоже вздохнул. Она посылала смешанные сообщения, но Сэм на минуту ослабил бдительность и позволил своему разуму замедлиться и открыться. Но почти сразу же перед его мысленным взором возникло лицо Сары, и он понял, что просто не может этого сделать. Просто не может быть здесь.
- Мне очень жаль, но нет. Пожалуйста, просто развяжите меня."
- Давай сначала попробуем вот это." Прежде чем Сэм понял, что произошло, на его голову опустили прозрачный пластиковый пакет. Его глаза вылезли из орбит от удивления, тело снова напряглось, начиная снова испытывать свои путы. Он начал спрашивать, что она делает, когда почувствовал, как ее рука приклеила конец рулона клейкой ленты к его шее и начала обматывать ее.
- У тебя есть минута, может, две. Из воздуха. Прежде чем ты потеряешь сознание. Так что ты скажешь. Подпишешь?"
- Какого хрена?! - попытался сказать он еще более глухо, чем раньше. Его борьба почти сразу стала отчаянной, набирая воздух быстрее, чем если бы он мог оставаться спокойным. Он метался, но госпожа Джулия обхватила его ногами и крепко прижала к себе.
- Подпишешь? - спокойно спросила она.
Сэм боролся, но был беспомощен. Он был в панике. С каждым вдохом мешок становился все туже и туже. Каждый вдох становился все быстрее и быстрее. Он инстинктивно попытался тряхнуть головой, пытаясь стряхнуть мешок. Но это было бессмысленно, безнадежно.
Он попытался закричать, но воздух быстро таял, и это было трудно.
-Подпишешь? - повторил он спокойно.
Мешок теперь плотно прижимал его лицо. Воздуха не осталось. Его легкие горели, и он был в ужасе. Он начал энергично, отчаянно кивать. -Да! - попытался сказать он, но это было невозможно из-за отсутствия воздуха.
И точно так же, как воздух, когда госпожа Джулия разорвала мешок перед его носом и ртом.
Сэм судорожно выдохнул, глубоко и чудесно. Он был совершенно измотан.
- Я должна вам кое в чем признаться, - сказала миссис Джулия монотонным голосом, показавшимся Сэму странным. - Твоя хорошенькая подружка-идиотка. Контракт? Ha."
Сэм услышал, как из рулона снова выдергивают клейкую ленту.
- Это правда, у меня было много таких, как ты. Но факт остается фактом... обычно они не уходят."
Она прикрепила скотч к его рту поверх кляпа и начала обматывать его вокруг головы.
- Вообще-то. Они НИКОГДА не уходят."
Она продолжала оборачивать скотч, в течение нескольких секунд полностью закрывая кляп, его рот, подбородок...
-О, конечно. Я зарабатываю деньги как госпожа. Это идеальное прикрытие."
Сэм широко раскрыл глаза. Почти загипнотизированный этим новым поворотом событий. Она все еще продолжала заворачиваться, теперь закрывая ему глаза.
- Но правда в том... Я люблю трахаться с маленькими говнюками вроде тебя. Ничто не возбуждает меня больше."
Тон ее голоса... Сэм был уверен. Она получала от этого удовольствие. Она продолжала заворачиваться, пока говорила, и Сэм понял, что его следующая мысль абсурдна. - Не повредит ли снять эту клейкую ленту?"
Госпожа Джулия больше не говорила, а стонала и терлась о него, продолжая обматывать лентой его голову. Не замедляясь, не колеблясь, она обмотала лентой его нос, полностью запечатав его. И все же она продолжала заворачиваться. И обертывание. И обертывание.
Сэм был в темноте. Слепой, немой и не способный дышать. Его тело напряглось. Паники уже не было, но и удовольствия тоже. И пока госпожа Джулия продолжала кончать на него, продолжая обматывать и обматывать его голову слоем клейкой ленты, последняя мысль Сэма была о Саре, когда он отключился. И как эпически она предала его.
И как же сильно он ее любил.