В 1920-е гг. крестьянство было необходимо убедить в том, что советская власть – это лучшая власть и только она способна обеспечить достойный уровень жизни в деревне. Главное внимание было направлено на активную борьбу с религиозными «предрассудками» в смысле быстрого «перевоспитания» крестьянства. Новая власть отчетливо осознавала, что религия является достаточно сильным конкурентом советской идеологии. Поэтому в 1920-е гг. были включены мощные пропагандистские механизмы для борьбы с церковью, а деревня вынужденно оказалась в эпохе смены ориентиров.
Антирелигиозная пропаганда проводилась по нескольким информационным каналам, основным из них стали печатные средства массовой информации. В частности, газета «Безбожник» была одной из обязательных к выписке для крестьянства. Другим каналом антицерковной пропаганды становилось проведение различных бесед, встреч, лекций. Постреволюционная деревня, более близкая христианским традициям, чем коммунистическим постулатам, реагировала на внешние идеологические раздражители местным «фольклором». Осознавая постоянный характер государственной борьбы с религией, крестьяне отражали его в народном творчестве. Так, Ю.А. Поляков приводит пример весьма популярной антирелигиозной частушки:
«Мы с богов снимаем ризы
И пускаем в оборот
Для того чтобы насытить
Голодающий народ».
Антирелигиозное давление власти нарастало и для достижения максимального результата к агитации привлекали сельскую интеллигенцию. Поэтому при проведении кампаний единого налога, хлебного займа, воздушного флота и других широко использовались деревенские учителя. Важная роль в борьбе с религией отводилась Союзу воинствующих безбожников. Антирелигиозное наступление имело комплексный характер и в качестве основы включало агитационно-пропагандисткую работу, которая имела тенденцию к постоянному расширению. Церковь подвергалась дискриминации, создавалась атмосфера нетерпимости к традиционным религиозным устоям.
Для усиления борьбы против религии создавались антирелигиозные кружки, к деятельности которых привлекали агрономов и землемеров. Подобный шаг был обусловлен большей социальной мобильностью и высоким уровнем грамотности представителей данных профессий, чем у крестьянства. По мнению органов советской власти, специалисты самых различных профессий, имеющие прочные связи с деревней, должны были использовать весь свой потенциал для укрепления коммунистических ценностей в сельской местности. Поэтому медицинские работники также должны были участвовать в антирелигиозной пропаганде. При этом альтернатива церкви в виде изб-читален, клубов, библиотек действительно оказала значительное влияние на культурный досуг деревни. Новые социокультурные институты трансформировали крестьянский традиционализм, изменяли бытовые реалии.
В связи с этим надо сказать, что разрушение традиционных крестьянских религиозных устоев имело глубокие исторические причины. Эрозия религии в деревне началась гораздо раньше 1920-х гг., что было связано с усилением мобильности сельского населения. Как следствие, это способствовало расширению контактов с гораздо менее религиозным городским миром, формированию мировоззренческой ниши в массовом сознании крестьян.
Однако религиозные нормы продолжали оказывать достаточно сильное влияние на жителей сельской местности. Несмотря на ужесточение подхода партии к данному вопросу, в деревенской среде продолжали сохраняться устоявшиеся формы взаимоотношений полов. Кроме того, приверженность религии зависела от половой принадлежности. Наиболее восприимчивым к антирелигиозной пропаганде было молодое поколение. Наоборот, женское население деревни в большинстве случаев сохраняло традиционные верования.
Вероятно, приверженность религии женского населения деревни можно объяснить как большей эмоциональностью по сравнению с мужчинами, так и преобладающей вере в сверхъестественные явления. Однако нельзя сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что многочисленные попытки радикальной борьбы с традициями, как правило, безуспешны и не достигают намеченных результатов. Если посмотреть на ситуацию шире, то в деревне 1920-х гг., кроме религии, были сильно развиты различные поверья, обряды, вера в колдунов и ведьм. В переходные периоды исторического развития, как правило, наблюдается оживление всяческого рода суеверий, которые вызывались различными социокультурными противоречиями. Трудности в борьбе с религией вполне объяснимы, если исходить из того, что ментальные характеристики сознания подвергаются изменениям намного медленнее и труднее, чем основы материального быта.