Посмотрел интервью Соловьева с Нарышкиным, руководителем СВР. Неожиданные, но интересные впечатления. Надо понимать всю пикантность ситуации. Разведчик вообще-то лицо архи не публичное. Он вынужден скрывать себя от медиа пространства. Попадание туда для него скорее провал. Но, руководитель Службы внешней разведки вынужден выходить в публичное поле и быть на виду.
Я смотрел разные интервью Соловьева и в общем-то был готов к чему-то определенному. Соловьев в свойственной ему манере задает вопросы, стараясь получить от собеседника подробный и исчерпывающий ответ. Ну и естественно его получал в том или ином виде. Здесь картина была сильно иной. Поначалу казалось, что интервью предстоит абсолютно не интересное. Ответы гостя были односложными, не развернутыми, сухими. Но, в общем-то, это понятно. Статус не позволяет растекаться мыслью по древу. В какой-то момент даже показалось, что весь ответ уже содержится в вопросе Соловьева, а Нарышкину оставалось сказать «да» или «нет.
Но, чем дальше шло интервью, тем отношение мое к гостю менялось. Я входил в его какую-то особую атмосферу. Самое главное, что я почувствовал его состояние искренней преданности своему делу, о котором не принято много разглагольствовать. Скорее даже молчать. И ты понимаешь в какой сложной ситуации находится гость, когда он вынужден, учитывать эту специфику, взвешивая каждое слово. Отсюда эта его необычная манера с обязательными паузами перед каждым ответом и спокойное, сдержанное состояние.
И, тем не менее, чем дальше шло интервью, тем больше в него ты втягивался и проникался не только к самому гостю, но и тому интересному делу, который он занимается.
Мы знаем Евгения Максимовича Примакова, который в сложный момент «переходного периода» начала 90-х, занимал ту же должность. И приложил огромные усилия, чтобы сохранить эту службу. Мне посчастливилось читать воспоминания о нем. Читать его многочисленные статьи. Это удивительный, захватывающий материал. Но манера изложения была сходная с тем, как и что рассказывал Нарышкин.
Все это заставляло проникаться большим уважением к работе разведчика и понимать огромную значимость его работы. В общем, к концу интервью не было ощущения, что собеседник скуп на слова. Просто подавался некий «стиль разведчика». И поскольку нам, простым людям, не часто приходится слушать разведчиков, интервью действительно эксклюзивное. Рекомендую…
