В ту жуткую летнюю ночь жители посёлка не сомкнули глаз. Ураганный ветер, град, сменяющийся на ливень, молнии и страшный грохот держали людей в страхе несколько часов подряд. Многие лишились урожая на огородах, крыш на домах и сарайках. Ветер вырывал с корнем деревья, кружил на дороге машины.
Но вот Людмила тогда думала совсем не том, как спасти свой урожай на грядках. Мысль об измене мужа не отпускала женщину ни на минуту. Не смотря на то, что она сама приняла волевое решение простить его и сохранить семью, Люда с каким-то не естественным страхом каждый раз отпускала мужа на работу, звонила ему каждый час и не могла найти себе место, когда он хоть на пару минут задерживался со смены.
Павел работал электриком, и, естественно, в ту ночь находился в эпицентре стихии, точнее, в том, что она натворила в районе. Работали, не считаясь со временем и усталостью, без обеда и перекуров. Мобильной связи не было, поговорить с мужем Люда не могла и потихоньку стала себя «накручивать».
- Лена, открывай! Лена!!! – женщина стучала в дверь соседке, хотела срочно кому-то излить душу.
- Люда, зачем дом оставила? Гроза такая! Давай, забегай, вся мокрая уже!
- Лена, он мне изменяет! – выдала гостья прямо с порога.
- Ага, прямо на высоковольтной линии сидит и изменяет!
- Лена, если он сделал это один раз, сделает ещё и ещё.
- Люд, ну и не надо было его тогда прощать, раз не можешь эти мысли отпустить. Пашка тебя очень любит. Он больше не совершит таких ошибок. Я дак в нем уверена, пошли на диван чай пить - подруга пыталась подбодрить Люду, у которой на глазах уже стали появляться слезы.
- Измены ведь не прощают, только в кино прощают. А я вот, дура, простила. Вдруг он отгул взял, мне не сказал, сейчас сидит у нее...
- Глаза открой, Люда, они все на работе. Все до единого! Весь район без света сидит.
Павел тогда все честно рассказал жене. Признался, что ошибся, оступился. Пережить измену всегда трудно, а кому-то и просто не возможно. Он сказал, что решать будет Люда: забыть и оставить все как есть или больше никогда не быть вместе. Паша был готов принять любое ее решение. А она, вопреки всем его сомнениям, взяла, и, не раздумывая, сказала, что простит его, что семья важнее всего, что сын не должен расти без отца и не должен никогда узнать о случившемся. Почему Люда тогда даже не подумала, причин много: они были вместе с Пашкой с одиннадцатого класса, они пережили три выкидыша и родили долгожданного Егорку, они вместе стали копить деньги на «новую жизнь» после того, как их дом обокрали, они похоронили всех своих родителей, строили новую баню, имели два кредита и прочее и прочее... «После всего того, что у нас было мы просто не можем разойтись, - решила Люда и первое время даже не вспоминала о всей этой ситуации, - мы справимся, главное любовь, главное семья».
Терзаться сомнениями женщина начала немного позднее. Каждый вызов мужа на работу тревогой отзывался в сердце Люды.
На работе Павел сказал, что приболел и позднее принесет больничный. На ликвидацию аварий больного сотрудника не вызвали. Люда о «болезни» мужа не знала. Утром Егоркины друзья сказали, что видели его папу недалеко от почты. Об этом сын сказал маме. Люда, не смотря на непогоду, помчалась к дому той самой женщины, к объекту измены мужа. «Я знала, что это повторится, - глотая воздух, кричала Люда, - я ошиблась, я не должна была его прощать. Зачем она ему? Чем она лучше меня?!» Жар сменялся ознобом, слезы - нервным смехом: Люда кулаками стала бить по дверям дома, на подходе к которому четко были видны следы больших мужских ботинок...
- Люда! Прекрати! Не кричи! Прошу тебя просыпайся! – Лена трясла подругу за плечи.
- Я же говорила, что это повторится! – Люда не могла понять, что уже не спит и все что она видела было страшным кошмаром.
- Я тебе в чай «сонной травы» добавила, чтобы ты поспала не много, отвлеклась от дурных мыслей, а тебе вон пятнадцати минут хватило, чтобы ерунду какую-то увидеть.
- Это не ерунда. Он ходит к ней! «Образцовый сотрудник» даже на работе врет, чтобы к ней сбежать!
- Тебе это где, в сонном царстве сказали? – как всегда отшучивалась Лена, - иди, вон к дому машина подъехала, Пашка твой с работы вернулся, небось есть хочет, всю ночь трудился.
- Знаю я как он трудился! – убегая, кричала Люда.
- Люд, положи покушать, да я посплю не много, смертельно устал. Давно столько обрывов не было, - Паша говорил еле слышно, был весь мокрый и грязный.
- Ты разве не отгул взял?
- И где я по-твоему был? У нас даже из отпусков людей вызвали! А ты говоришь отгул!
- Ты обманул начальство и пошел к ней...
- Это еще что за глупости? Людка, я знаю, что я не идеальный муж, что сделал тебе очень больно и что, наверное, я не заслужил твоего прощения, а ты не заслужила всех этих переживаний, но я дорожу тобой и сыном больше всего на свете. Я дал тебе обещание и до конца дней сдержу его. Я люблю тебя! – Павел говорил с истинным благородством и спокойствием в голосе, каждое его слово было правдой.
- Я поверю тебе, все свои душевные силы приложу, чтобы поверить, иначе я просто сойду с ума.
- Расскажи, лучше как вы тут стихию пережили? Переживал, все думал о вас.
- До Ленки ходила, проведать ее. Егор наигрался в свои стрелялки и всю грозу проспал. А я ни на минуту глаз не сомкнула.