1. Всем известна уже набившая оскомину фраза: «История не знает сослагательного наклонения!» Произносящий её обыкновенно полагает, что сказал что-то весомое и значительно уточняющее предмет обсуждения. Мол сделал оппонентам окорот и не позволил сотворить гадкое и непозволительное: затащить предмет исторический в наклонение сослагательное. Экий вот молодец!
2. А что такое наклонение? Какие ещё наклонения, кроме сослагательного имеются? И почему история — такая невежественная особа, что сослагательного наклонения не знает?
Наклонение, если это не наклонение плакучей ивы долу или подобное же действие берёзы даже в том случае, когда «некому берёзу заломати», — наклонение есть грамматическая категория, отражающая модальность глагола.
«Википедия» даёт исчерпывающую справку по всем грамматически возможным наклонениям.
«Наклонение — грамматическая категория глагола, выражающая его модальность (действительность, желательность, долженствование). Соответственно различают следующие наклонения:
Индикатив (изъявительное наклонение) — Я пишу (писал, написал, напишу, буду писать).
Субъюнктив (сослагательное, или условное, наклонение, кондиционалис, конъюнктив) — Я бы написал.
Оптатив (желательное наклонение, модальное среднее между субъюнктивом и императивом) — Напишу-ка.
Императив (повелительное наклонение) — Пиши (Пишите)! Работай! Режь!
Юссив (позволительное наклонение): Пусть живёт!
Гортатив (предлагательное наклонение): Давайте напишем!
Инъюнктив (намерительное наклонение: выражение собственного намерения, совпадающее в русском языке с совершенным будущим временем): напишу
Прохибитив (отрицательно-просительное наклонение) — выражает просьбу говорящего о том, чтобы действие не было осуществлено.
Ирреалис — форма ирреального наклонения в сложных предложениях во многих индейских и тихоокеанских языках. Иногда употребляясь и в простых предложениях для ситуации, которая чуть не или почти реализовалась. В некоторых классификациях объединяет оптатив, императив и субъюнктив.
Парафразив (пересказательное наклонение) — наклонение в латышском языке, используется для передачи чужих слов.
Представляет собой грамматическое соответствие семантической категории модальности (реальность, гипотеза, ирреальность, желание, побуждение и т. д.), однако в ряде языков наклонение может утрачивать модальную семантику и диктоваться только синтаксисом (как в латинском и французском языках конъюнктив в некоторых типах предложений).»
https://ru.wikipedia.org/wiki/Наклонение_(лингвистика)
3. Как видим, наклонений у глагола десять и сослагательное — только одно из них. Правда, современный русский язык описываем в грамматиках как имеющий лишь три наклонения глагола (изъявительное, сослагательное и повелительное), но всем должно быть ясно, что сие – не более, чем школьное упрощение, и что, к примеру, желательное или позволительное наклонение – наклонения в русском языке полноправные, ибо наиболее точно описывают подлежащие им языковые реалии.
4. Так почему ж история сослагательного наклонения не знает? Вообще стоит сперва заметить, что в данном выражении употреблена метафора, в которой история олицетворяется, выступает как субъект познания вообще, а в данном конкретном случае – субъект невежества относительно своих возможностей. То есть на вопрос «Что было бы, если бы в руководстве страны стояли бы другие люди, а ресурсы страны были бы не такими, а существенно иными?» история отвечать отказывается, ибо де ей неведомо такое наклонение глагола…
Ну, хорошо, истории сие неведомо, ибо история в данном контексте мыслится как совокупность свершившихся во времени событий. А свершившиеся события имеют строгую определённость, не совместимую с другими вариантами тех же самых событий, даже если эта определённость плохо понята или вовсе игнорирована роящимися вокруг событий историками. И тут возникает вопрос: а историку, излагающему эти события, иное наклонение, кроме изъявительного, ведомо? Историк может посчитать варианты и прикинуть сценарии развития событий, ежели субъекты и объекты этих событий будут несколько или более значительно изменены?
5. Допустимы два возможных варианта судьбы историка в отношении исторических событий. (1) Историк вслед за историей не знает сослагательного наклонения. (2) Историку знакомы и им описываемы варианты развития уже свершившихся событий, хотя в самих событиях уже ничего нельзя изменить, ибо они уже свершились.
6. В первом случае историк только рабски описывает свершившееся без всякого понимания и какого-либо уразумения понятого. Историческое событие, не допускающее вариантов развития самого себя представляет собой настолько тесный синкретизм идеи события и её воплощения, что потеряно и само различие, и различающиеся компоненты: в событии уже нет идеи и уже нет её воплощения, имеется лишь только факт события. Этот факт не подлежит сравнению с другими фактами. Ибо сравнение возможно только на основе идеи и меры её воплощения. А когда идею в факте не сыскать, остаётся только голый и уникальный факт, никак не познаваемый и не могущий стать познаваемым, ни с чем не сравнимый и не подлежащий никакому сравнению. Это никак не познаваемое ничто нельзя даже назвать фактом, ибо для факта, как и для любого нечто, надо фиксировать его отличия от других. Здесь же историк ничего такого с фактом поделать не может и факт теряется, смешивается с другими фактами, улетучивается и пропадает. Такой историк, желая быть максимально объективным, именно по этому своему желанию если что и напишет, то к фактам и реальности сие не будет иметь никакого отношения, историк будет сочинять отсебятину, практикуя волюнтаризм и развивая личную фантазию.
7. Очевидные различия итоговых работ различных историков, работ, посвящённых одному и тому же историческому событию, наглядно доказывают, что сколько ни не знает сама история сослагательного наклонения, историки знакомы со всякими наклонениями и используют вполне все их возможности.
Поэтому реальные, а не выдуманные, историки, историки второго случая, не только знают, что события могли бы сложиться иначе, но и знают варианты развития событий при различно разложенных пасьянсах тех компонентов, которые и составляют события. Именно сослагательное наклонение позволяет в истории хоть чему-то научиться.
8. Изучайте наклонения, друзья! В вашей прямой, как Невский проспект, жизненной истории они пригодятся. Ваша жизнь не детерминирована фаталистически определённо и строго неизбежно. Имеются варианты. Я надеюсь.
2017.08.02.