Королевам положено сильными быть. Разве ты не знал, что я колдунья?
Посмотри в глаза ещё… Ещё…
Мне не нужно трав и полнолунья –
Просто тронь ладонью бархат щёк. Прикоснулся? То была ошибка!
Ты рискнул? Ну, что ж, теперь не плачь.
Ведь теперь тебе моя улыбка
Будет и царица, и палач. Поцелуя хочешь? Поцелую.
Видишь? Я вняла твоим мольбам.
Душу свою бедную больную
Ты мне навсегда сейчас отдал. На тебе теперь клеймо ведуньи.
Без толку плевать через плечо.
Поздно понял ты, что я колдунья. Посмотри в глаза ещё… Ещё… Жаль, на дворе двадцать первый. Все в прозе.
Ты мне при встрече кивнешь: «Как дела?»
В этом обычном дежурном вопросе
Ни романтичности нет, ни тепла. Нам бы вернуться назад лет на двести,
Ты мне сказал бы, потупивши взор:
«Ах, госпожа моя, как Вы? Ответьте…»
Я б прошептала: «Вполне, монсеньор». Нет, лучше триста. Склоняя колено,
И отражаясь в больших зеркалах,
Ты бы сказал: «О, моя королева!»
Я бы кивнула и важно прошла. Пусть на дворе век дурной, суматошный.
Дело не в том, что не