Чего только не встретишь в анналах истории, однако псоглавцы – незаурядный культурный феномен, о котором стоит упомянуть отдельно.
Средневековая мифология то ли вытянула из глубин веков, то ли действительно пережила контакт с нечто. В книжной миниатюре образ странных человекоподобных существ транслировался через изобразительное искусство.
Что еще более удивительно, о кинокефалах, (или киноцефалах) писали даже во времена античности, такие авторитетные философы, как Геродот, Мегасфен, Плиний Старший и многие другие.
Чтобы глубже понять шок образованных эстетов античной поры, стоит отметить – это был довольно маленький и замкнутый мир. Путешествия занимали кучу времени, огромные территории оставались непознанными, а все новое очень сложно втискивалось в привычную систему ценностей. Древняя Греция и Рим – это продвинутые цивилизации. На в то же время, неподалеку от них, например, в экваториальной Африке жизнь замерла на стадии первобытных племен.
Не стоит и говорить, насколько жители тех примитивных поселений отличались от европейцев. И хотя чернокожие рабы в античности были в избытке, люди подобного свойства с более выразительной внешностью, могли восприниматься кардинально.
Правда, это никак не объясняет, откуда устойчивый образ сабакоголового человека взялся у индийских, персидских, и даже китайских летописцев. Последние имели мало связей с европейским континентом и развивались аутентично, ведь расстояние до них было огромно.
Прошагавший полмира в военных походах Александр Македонский сильно раздвинул горизонты античного мира. Индийская миниатюра под названием «Войска Александра Македонского борются с псоглавцами» преподносит подобный эпизод как часть истории, будто такое могло быть, и даже было на самом деле!
Хотя на данном изображении, существа с якобы песьими головами больше напоминают приматов, вооруженных, но не ясно, кем-то или самостоятельно.
Ахракас и Аугани — коптские святые с собачьей головой. Это Коптская икона XVIII века и на ней в сиянии нимба появляются те самые псоглавцы, фигуры из недр коллективной памяти. По преданию, Ахракас и Аугани были последователями коптского святого Меркурия Абу-Сефейна и настолько верно ему служили, что удостоились место в иконографии.
Скептики же считают подобные образы отголоском языческого культа или отсылкой к Анубису – одному из главных богов древнеегипетского пантеона. Именно он изображался с телом человека и головой собаки.