Зачитывая доклад, я сбивалась, так как неисправленные текст резал слух, вследствие чего вердикт Клуши прозвучал опять – «не динамично», все с таким же унылым выражением лица.
Откровенно говоря, в какой-то момент, я для себя стала отмечать в поведении Клуши не здоровое желание преподавателя помочь своим дипломникам, а какое-то больное стремление отыграться на нас за свои жизненные неудачи.
Выйдя от Клуши, я встретила заведующего кафедрой. Пригласив меня в свой кабинет, Николай Дмитриевич Жук очередной раз завел разговор про стол «для кафедры» и про подарок. Дабы не ходить вокруг да около, я прямо спросила – Что нужно? -, а он прямо продиктовал –Пирог рыбный и сладкий (с брусникой), чай, кофе, бутерброды, фрукты, конфеты… - в общем, не поскромничал. Подарок кафедре тоже был быстро заказан.
С такой бы оперативностью давали информацию по подготовке и защите диплома, как подробно была рассказано, что кафедра хочет покушать, в каком кабинете должен быть накрыт стол и что «кафедра» хочет в подарок.
Осталось донести информацию до моих одногруппников и распределить кто за что будет отвечать.
Во вторник, предварительно включив, как всегда, диктофон, я уверенно выступила перед Клушей с докладом и ждала, что она, как минимум, подскажет возможные вопросы аттестационной комиссии, чтобы я смогла к ним подготовится. А лучше всего, приободрит и настроит на отличную защиту ВКР (как бы сделал грамотный педагог). Вместо этого она изверглась злобным клекотом полным желчи и ненависти.
Не в силах усидеть на месте, она вскочила и стала кружить вокруг меня медленно шипя – Мне больно Вас слушать…-,- Вы будто первый раз видите материал… -
Что стало причиной такого агрессивного поведения- не понятно.
Первым моим желанием было, в грубой форме осадить зарвавшегося педагога. Но посмотрев на Клушу, я увидела перед собой глубоко несчастную, завистливую «тетку», которая провоцируя окружающих на эмоции хоть немного становится счастливее.
Взяв себя в руки я, решила не доставлять Клуши удовольствия, и ровным, спокойным тоном ответила – За несколько лет работы с людьми, в том числе на руководящей должности, я впервые слышу, что не умею доносить информацию. Если же в Вас, по каким-то неведомым для меня причинам, я или мой голос вызываем раздражение, то предлагаю не встречаться до дня государственной аттестации-
Клуша попыталась оправдаться, но я не стала ее слушать. Выключив диктофон и собрав вещи, я вышла из аудитории.
Вернувшись на квартиру, я переслушала запись своего доклада и лишний раз убедилась, что я права. Мой голос звучал уверенно и понятно. Моя речь заняла десять минут, хоть и была не торопливой, с четким проговариванием слов и правильной интонацией. После окончания моего доклада из диктофона зазвучал подвизгивающий голос Клуши, который постепенно перешел, практически, в шипение. И что характерно (!), когда Кулаша источала «яд», она будто забыла про свои любимые «да?..», «что?..». .