Мария Орсич, известная женщина-медиум была рождена в канун Дня Всех Святых в 1895 году. Отец был хорватской национальности, а мать являлась немкой, проживавшей в столице Австрии (в то время еще Австро-Венгрии). Ее современники, отвечая на вопросы, посвященные Марии, в первую очередь, отмечали ее красоту. Несмотря на ее активность вплоть до 1945 года, Орсич была упомянута в первый раз и была словесно описана писателями следующего поколения Бергье и Пауэлсом, неоднократно упоминавшими ее в созданном ими литературном шедевре «Самореализация в третьем тысячелетии: от будущего фантастического разума». В годы после 1918 Мария присоединилась к немецким активистам, выступавшим за то, чтобы Австрия была политически и территориально присоединена к Германии, тогда еще далекой от Веймарской республики. В 1919 году вместе с тогдашним своим сожителем они переместились в столицу Баварии, город Мюнхен, где и пребывали до 1945 года. Относительно их женитьбы, известными фактами история не располагает. Известно лишь, что Мария и ее парень бесследно пропали в 1945 году. Вполне возможно, что они просто погибли при бомбежке Баварии союзниками.
Обосновавшись в Мюнхене, Мария сразу привлекла к себе внимание своим общением с Союзом Туле, а вскоре повела себя куда более активно, создав свое собственное общество, объединив усилия с Трауте (возможно, Ангелой) и другими девушками-медиумами. Их объединение, известное всему миру под таким наименованием, как «Социум Врил», было официально названо «Всегерманское метафизическое объединение».
Все входящие в объединение члены являлись довольно юными по возрасту женщинами, обладающими весьма вызывающей внешностью, выступая ярыми противницами существующей в то время моды на исключительно короткие стрижки у женщин. И Мария, и ее ближайшие подруги носили только длинные волосы, частично заплетенные в косички. И хотя в начале XX века такая прическа считалась для женщин не слишком привычной, все сторонницы Общества Врил придерживались данной моды. Согласно свидетельствам очевидцев, Общество существовало в Германии до 1945 года, а его сторонницы считали свои длинные волосы чем-то вроде специальных антенн, осуществляющих полноценную связь с космосом, далеко за пределами мира.
Появляясь на публике, они обычно предпочитали не собирать свои шевелюры в хвост, а напротив, распускать их по плечам, привлекая, тем самым, по их убеждению, куда меньшее внимание.
В начале зимы 1919 года группа представителей сразу трех действующих на тот момент Обществ: Туле, Врил и DHvSS (аббревиатура означавшая Deutschen Herrscher von schwarzen Steinen – властители произошедшие из черного камня), некоторым образом объединившись в одно Сообщество, арендовали настоящую хижину небольшого размера, расположенную в Берхтесгадене, находящемся в 156 км по трассе от Мюнхена. Мария добавила себе популярности, утверждая, что получила несколько медиумических передач, посредством присланного ей письма, написанного на неизвестном для нее языке, но содержащем при этом сведения технического характера, представляющие собой инструкции по созданию летающего аппарата. Как свидетельствовалось в документах, относившихся к Обществу Врил, представители Общества получали телепатическим методом сообщения, направлявшиеся к ним с далекой звезды, именуемой Альдебаран (не менее 68 световых лет от Земли).
Касательно существующих документов Общества, сейчас многие продолжают утверждать, что вся документация у Марии подразделялась на два вида, раскладываясь на две стопки бумаг, написанных в результате периодических трансляций, приходящих извне. Причем почерк на бумагах в обеих стопках сильно различался. Если в одной стопке присутствовали документы, написанные неразборчиво и на неведомом зыке, то в другой вся документация была на вполне разборчиво почерке, но при этом на языке, никому не ведомом. Сама Мария выражала мнение, что язык этот вполне мог являться устаревшей формой одного из ближневосточных наречий. Представителями группы, известной под названием «Панвавилоняне», в которую входили такие известные медиумы, как Уго Винклер или Петер Йенсен, резонно полагалось, что написаны они на древнешумерском языке, доступном для общения основателям древнего Вавилона. Некоторые были переведены.