Как мы вы приходим к вере, или Опять о политике, чтоб ей пусто было
Порассуждав на тему свободы выбора в различных ее аспектах, мы неизбежно уперлись в вопросы веры и религии. Потому что выбор веры (или безверия) является, пожалуй, самым главным в жизни каждого человека, но не все это замечают. Для кого-то принятие той или иной позиции происходит естественно, быстро и мало изменяется с прожитыми годами, а иной десятилетиями испытывает тяжелейшие муки от внутренних сомнений и порождаемого ими душевного дискомфорта.
Рационального объяснения того, почему один человек является убежденным атеистом, а другой, не менее достойный, искренне верующим, по-видимому, не существует, поэтому верующий здесь оказывается в лучшем положении, ссылаясь исключительно на промысл Божий в данном вопросе, неверующий же только разводит руками, говоря при этом про воспитание, традиции, страх и прочую нелепицу.
Полагаю, что абсолютных атеистов в человеческой среде не так уж много, также как и абсолютно верующих людей, большинство же пребывает где-то посередине, склоняясь все-таки в сторону веры, но каждый по-своему. Атеист однозначно утверждает, что другого мира, кроме так называемого материального, не существует. Основная же часть населения, похоже, склоняется к тому, что кое-что есть и сверх того. Но что же есть, вот в чем вопрос!? Агностики поступают просто: пока я сам не увидел, ничему не поверю, и думать об этом не надо, так на душе спокойней.
Оставшиеся продолжают поиски всю свою жизнь, и некоторые из них приходят к простому, я бы даже сказал, очевидному решению – ведь только Библия содержит сведения о Боге и событиях, происходивших с его непосредственным участием: Бог создал наш мир, непосредственно разговаривал с Адамом, Ноем, Авраамом, Иаковом, Моисеем, передав последнему Свой Завет, а потом еще и жил среди людей целых 33 года в ипостаси вочеловечшегося Бога-Сына, основав христианскую церковь. И тогда человек совершенно осознанно становится христианином.
Слово «осознанно» здесь использовано неслучайно, потому что люди, родившиеся и выросшие в определенной религиозной среде, уже только поэтому будут соотносить себя с этой религией. Я же говорю о тех, кто делает действительный выбор. Но в нашем, так называемом свободном обществе, в условиях, когда церковь отделена от государства, а школа от церкви, таковых большинство, т. е. крестят детей и красят яйца почти все, а по-настоящему верующих можно по пальцам пересчитать. И это, на мой взгляд, положение нормальное, в сегодняшних условиях. При царе-батюшке, когда в школах с первого класса изучали Закон Божий, оценочное число воцерковленных людей не превышало 10% от всего населения страны, поэтому сегодняшние 4-6% - цифра достаточно большая.
Но эти десять процентов определили все лицо государства, весь менталитет его жителей и его место в духовной, если можно так сказать, структуре человечества. Именно поэтому повторю, возвращаясь к прошлому посту, что утрата православия как нравственной основы, ведет к утрате самого государства, потому что становится непонятным, а вокруг чего должны объединяться жители страны, в чем состоит их общность как граждан России. А нации и народности, проживающие на российской территории и исповедующие иные религии, уже не подвергаются центробежным настроениям в силу своей причастности к сильной и большой стране, основой которой они все же не являются, но рассматриваются как важная неотделимая часть, вносящая свой уникальный вклад в общее дело.
Так ситуация выглядит только в теории, конечно, но если, решая частные задачи, не иметь ввиду сверхзадачу, из этой теории вытекающую, то и непонятно, зачем эти частные задачи решать. И теперь понятно, откуда появляется такой к нашей экономике, провозглашенный в 90-х годах: не надо производить то, что уже производит кто-то, раз можно купить дешевле. Если нет сверхзадачи, то теряет смысл и задача. Целью освоение передовых технологий, например, в электронике не является обеспечение всех жителей страны отечественными смартфонами. Экономическая независимость и устойчивость – одно из условий независимости и устойчивости ментальной. А приобретя таковую независимость, можно со спокойным сердцем взирать на любые потуги Вселенского Патриарха, а также всех архонтов Экуменического Патриархата и их неолиберальных покровителей.
Ну вот, хотел поговорить о вере православной, но опять скатился в политику, потому что наболело.
А вот и наш храм:
