Натали оказалась права. Ответ экспертов был быстрым. Никаких сомнений быть не могло.
Натали получила заключение, вышла из здания, не помня себя от ужаса. Она поднесла руку к горлу, растягивая воротник водолазки.
Ее самые худшие подозрения оправдались.
В гистологических образцах тканей убитой полностью отсутствовал гемоглобин.
Это могло означать только одно: ее обескровили еще при жизни. Спустили всю кровь, а потом выбросили тело на пустыре.
Так закончилась жизнь молодой девушки. Она не успела выйти замуж. Не родила детей. Она пять лет назад закончила институт и только что – аспирантуру.
Прошлась до остановки автобуса!
Почему такие попадают в руки маньяков?
Натали поразило, с какой ненавистью было совершено убийство. Сорок четыре ранения.
Что-то не складывалось, что-то было не так. В чем-то она ошибалась.
Мешали эмоции. Она слишком ясно видела солнечный весенний пролесок, девушку в светлом пальто, идущую к остановке.
Это мешало. Не давало сосредоточиться.
Интересно, у нее было парень?
Она не задержалась на работе, шла к остановке после рабочего дня. Значит, не карьеристка? Был ли у нее парень?
Спешила к нему на встречу? Торопилась с работы?
В любом случае, личные контакты, конечно, следовало отработать. Убийство, совершенное с такой ненавистью, предполагало это. Но сначала нужно было задать несколько вопросов гению патанатомии, не заметившему отсутствие гемоглобина в тканях убитой. При мысли о Власове Натали почувствовала, как в ее душе закипает гнев. Ученый уровня Власова не мог не увидеть того, что увидели другие эксперты. Но почему тогда он ничего ей о этом не сказал?!
Каким бы женоненавистником он ни был, и какую бы личную неприязнь ни вызывала у него Натали, он не имел права не сообщить ей об этом!
Нет, она не будет откладывать такую многообещающую встречу.
Тут Натали подумала, что разговаривать с ним в бюро – не самая хорошая идея. Она наведается к нему домой. Там можно будет поговорить спокойно, не торопясь, с использованием всех методов, которые были в арсенале Натали. Она подумала, что легко сумеет его сломать. Она чувствовала, что он – тот человек, к которому можно будет применить легчайшее психологическое воздействие. В общем, она собиралась слегка припугнуть самонадеянного эксперта.
Натали сверилась с общей базой данных и увидела, что он живет всего в двух кварталах от патологоанатомического бюро. Значит, она сможет добраться туда за час. Можно было заехать домой пообедать, а заодно и успокоить Кирсанова, который как-то нелояльно относился к ее частым отлучкам.
Приехав домой, Натали продолжала размышлять об убитой.
Сорок четыре раны были нанесены на тело. Значило ли что-то это число?
Кирсанова дома не было. Натали вздохнула с облегчением. Ей не хотелось сейчас придумывать какие-то объяснения, врать и изворачиваться.
Натали собиралась выехать пораньше. Учитывая, что ей придется вытерпеть вечерний час пик. В 17.00 она оделась, заперла дверь и уже садясь в машину, увидела, как открываются ворота. Игорь Кирсанов приехал домой. Ей пришлось опустить стекло.
– Ты куда? – спросил он.
– Я в город съезжу. Ненадолго.
– Подожди, я хотел поговорить.
– Что-то важное? Давай быстро.
– Куда ты так спешишь?
– Я обещала к маме заехать.
– Что так поздно? Ты же была сегодня в городе. Почему днем не заехала? Я думал, мы поужинаем вместе.
– Днем что-то в голову не пришло. А недавно она позвонила, и мы договорились.
– А, ну ладно тогда.
– Ты что-то хотел?
– Нет, потом поговорим.
И Натали, не дожидаясь, пока машина полностью прогреется, выехала со двора.
Она подъехала к дому Власова, когда уже стемнело. Парковка перед домом была забита машинами, и Натали несколько минут кружилась по двору, чтобы выбрать себе место. Ей повезло; довольно быстро черный «BMW x6» выехал со двора на огромной скорости.
«Ну и носятся же», – подумала Натали, припарковалась и направилась к подъезду, в котором жил Геннадий Власов.
Машина Власова была припаркована неподалеку от подъезда. Натали мельком бросила на нее взгляд и уже готовилась зайти в подъезд, как вдруг увидела, что Власов идет по тротуару. Натали подошла к нему.
– Здравствуйте, я хотела поговорить с вами…
Власов быстро глянул на нее и двинулся в сторону подъезда. Натали бросилась за ним. Он успел скрыться за железной дверью. Натали рванула закрывшуюся дверь и выругалась. Потом позвонила в одну из квартир и сказала:
– Извините, откройте, пожалуйста, дверь. Ваши соседи вызвали врача, а теперь дверь не открывают…
Домофон приветственно запищал, и Натали вошла в подъезд. Где вверху слышался гул уходящего лифта.
«Ничего, я все равно до тебя доберусь», – подумала Натали.
И вдруг этот легкий гул превратился в нестерпимый для ушей грохот.
Взрыв. Ее отбросило в сторону. Инстинктивно она закрыла лицо руками. Жаркая волна обрушила на нее всю свою мощь. Натали опрокинулась на спину. Попыталась подняться, встала на четвереньки, нащупала руками какие-то ступени, и то ли полезла, то ли поползла, ощущая, как горит спина, как жарко пышет кожа, и как становится невозможно дышать. Как будто в в в легкие заливалось расплавленное пламя. Впереди замаячила дверь подъезда. Натали оставалось уже только подняться, чтобы нажать на кнопку и открыть дверь. Но в голове вдруг гулко запульсировала кровь, во рту почувствовался привкус гари и чего-то лимонного…Натали потянулась рукой к кнопке. Она знала: стоит ее нажать, и дверь распахнется. Уличный воздух хлынет в подъезд, давая возможность дышать. Натали приподнялась из последних сил и рухнула на пол подъезда.
А сзади накрывала ее страшная огненная волна.