Вернулся из одного областного центра, где провел несколько дней. Два впечатления.
Первое
Сидим в антикварном магазинчике (всего в городе их четыре, все крохотные), пьем с ребятами-владельцами чай и уже третий час вяло пытаемся объегорить друг друга.
Во избежание домыслов скажу, что разыскиваю личный архив человека, арестованного в 1927 году и сгинувшего в лагерях. Бывший дворянин, офицер, инвалид русско-японской войны вел подробный дневник, начиная с 1907 года. За двадцать лет накопилось огромное количество бумаг; все думали, что их изъяло ГПУ, но недавно одному моему знакомому предложили в том городе их купить.
За это время магазин посетило не менее десятка людей, желающих что-нибудь продать антикварам, а также два представителя органов, разыскивающих какую-то покражу.
Входит парень лет тридцати. Так и так, наконечники копий, стрелы, топоры не желаете ли купить? Володя, антиквар, машет на него рукой: «Иди, иди с Богом, не надо».
Я вмешиваюсь, вопросительно глядя на владельца магазина - можно ли вмешаться?
- У вас с собой? Позвольте взглянуть?
Парень лезет в грязную сумку. Достает завернутые в газетку три наконечника дротиков, топор рабочий IX-X веков, кулек с наконечниками стрел.
- Курганы, что ли, разрыл?
- Какие курганы?
- Ну, погребения древние.
- Кости были какие-то, это верно. А курганов не видал. Котлованы рыли под строительство, вот попалось. Что, ничего не стоят, да?
- В музей сходи, отнеси. И после колебаний добавляю, чтобы заинтересовать.
- Они тебе денег дадут.
Ушел.
Через час входит дед. В кулечке принес медали. Продает, потому что не хватает на лекарства. Стоит, медальки эти перебирает. Сам понимает, что не купят, но и не уходит. Володя дал ему из кассы тысячу, дед обрадовался и ушел, а мы остались. Сразу все разговоры закончились. Грустно очень.
Второе
У меня зазвонил телефон, заставив на этот раз надолго задуматься.
- Николай Михайлович, - спросили меня, - извините, пожалуйста, но что бы вы посоветовали мне коллекционировать? Монетки? Крестики? Иконки? Пуговицы и воинскую атрибутику? Еще что-нибудь? Третий год занимаюсь поиском, набрал всего и, что оставлять себе, чем заниматься более углубленно, не знаю.
С минуту, не меньше, я молчал. Потом начал расспрашивать молодого человека, мне незнакомого (мне часто звонят незнакомые люди, я уже привык). Спрашивал я его о смысле жизни, то есть поиска. Готов был услышать обычное: ну там азарт, или иногда говорят «прикольно», или, редко, денег нету, может, клад найду, заработаю. А тут услышал изложение позиции.
- Хочу, - отвечают мне, - понять, почему мы такие, а не какие-нибудь другие. Если пытаться это понять с учебником истории, то скорее голову сломаешь. Там изучают историю государства, а не историю людей, в нем живших, а меня интересуют именно люди. Почему они жили так, а не иначе, а отсюда - почему я такой, почему меня тянет в прошлое, почему я люблю русскую природу, русскую деревню, почему я переживаю поражения моей Родины и радуюсь ее успехам?
Что я мог на это ответить?
- Не надо ничего коллекционировать. Просто, найдя какой-либо предмет, постарайся проникнуть в самую его суть. Задай сам себе про него множество вопросов и попробуй найти на них ответы. Что потом - решишь сам, и твое решение будет, вероятно, самым правильным. Самое главное - сделай так, чтобы то, что ты нашел, не пропало, и в итоге сам напишешь себе историю.
Хотя это уже на грани бессознательного, мистического.
Сейчас много людей - очень много! - собирают медные крестики и иконки, испытывая странное притяжение к кресту. Правда, есть и такие, кто бегут от найденного крестика, словно голливудские вампиры, и в этом тоже немало сакрального.
Что я мог сказать молодому человеку по имени Андрей?
От редакции: материал предоставлен сайтом www.RusAntikvar.ru
Николай Соловьёв (Михалыч)
Деньга №33 2021