Добрый день. Ну и встреча у нас. До чего ты бесплотна:
Рядом новый закат гонит вдаль огневые полотна.
До чего ты бедна. Столько лет, а промчались напрасно.
Добрый день, моя юность. Боже мой, до чего ты прекрасна.
Это стихотворение не относится к ТОП-10 лучших и читаемых произведений поэта. Все потому - что оно сложное, философское, не всем по зубам и по извилинам. Да и не писал Бродский "Неужели не я", это лишь строчка из громады его стремительных рифм.
Он написал "От окраины к центру", а читатели выхватили то, что им близко и понятно, кусок из текста, фрагмент, который врезался в душу. Разнесли, растиражировали, заставили друг друга восхищаться божественным порядком слов.
Это послание Бродского состоит из двух слоев. Первый - это попытка посмотреть на свою прожитую жизнь со стороны, издали. Желание лучше узнать того мальчика или девочку, юношу или девушку, коими мы когда-то являлись. Неужели это были мы? Такие молодые, наивные и счастливые?
Неужели это мы жили в том пространстве и времени?
Мы в молодости - словно хорошие знакомые для самих себя, с которыми почему-то оборвалась связь. Но мы то знаем почему - мы выросли и повзрослели, переродились в других персонажей действа, мудрых и степенных. А душа скучает по тому состоянию, по тому человеку, который был счастлив и тревожен, преодолевал, мечтал, стремился, ошибался и падал, вставал и шел дальше.
Второй слой стихотворения - это мысли Бродского о том, что такое судьба и насколько неизбежны события, которые нам предначертаны. Находясь в начале жизни, словно у подножия горы, мы жаждем попутного ветра и верных товарищей рядом, мы молимся о них, потому что не знаем масштаба своей выдержки, хватит ли сил дойти до вершины?
Поэт пишет:
Поздравляю себя с удивительно горькой судьбою.
В этих словах - покорность и ни грамма сожаления. Только с возрастом человек понимает, что его сила - это результат тяжелых испытаний, выпавших на его долю. В здравом уме и твердой памяти он никогда бы не согласился примерить на себя такую судьбу, но таков жребий. Осталось лишь подчиниться. Стать в итоге совершенно иной личностью.
Если что-то из задуманного не свершилось, так это к лучшему. Еще неизвестно, как разум перенес бы все то, о чем мечталось - безумных отблесков славы, богатства и любви. Всего того, что не всем по плечу. И лучше прожить эту жизнь скромно и размеренно, чем кататься на американских горках, то взлетая, то стремительно падая вниз.
Моего знакомого родители готовили стать великим спортсменом. С ранних лет, почти с младенчества - подъемы до зари, нескончаемые тренировки, бесчисленные травмы. Он еле отбился от чужих амбиций и стал великолепным поваром. Теперь смеется: "Ну какой из меня спортсмен?"
Бродский приглашает своих читателей поразмыслить над тем, что каждый из нас, отдельно взятый человек, никто и ничто для истории, маленькая крупица, но с нами связаны чужие судьбы, а значит, мы звено в цепи глобальных событий.
И тогда совершенно по-новому воспринимаешь этот мир, людей, явления, возраст, мораль. Внутри что-то движется и шуршит, а может гремит и рассыпается на осколки. Идет переоценка привычных ценностей. Душа растет.
"Неужели не я..."
Неужели не я, освещенный тремя фонарями,
Столько лет в темноте по осколкам бежал пустырями,
И сиянье небес о подъемного крана клубилось?
Неужели не я? Что-то здесь навсегда изменилось.
Кто-то новый царит, безымянный, прекрасный, всесильный.
Над отчизной горит, разливается свет темно-синий,
А в глазах у борзых мельтешат фонари - по цветочку,
Кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку.
Значит, нету разлук, значит, зря мы просили прощенья
У своих мертвецов. Значит, нет для зимы возвращенья.
Остается одно: по земле проходить бестревожно.
Невозможно отстать. Обгонять - только это возможно
Поздравляю себя с этой ранней находкой, с тобою,
Поздравляю себя с удивительно горькой судьбою,
С этой вечной рекой, с этим небом в прекрасных осинах,
С описаньем утрат за безмолвной толпой магазинов.
Слава Богу, чужой. Никого я здесь не обвиняю.
Никого не узнать. Я иду, тороплюсь, обгоняю.
Как легко мне теперь, оттого, что ни с кем не расстался.
Слава Богу, что я на земле без отчизны остался.
Не жилец этих мест, не мертвец, а какой-то посредник,
Совершенно один, ты кричишь о себе напоследок:
Никого не узнал, обознался, забыл, обманулся,
Слава Богу, зима. Значит, я никуда не вернулся.