Миллион, миллион алых роз... Сколько раз слушала эту песню в детстве, никогда даже не задумывалась, что она может быть написана по мотивам реальной истории. Там, конечно, были не розы и совсем не миллион, но в остальном судьба бедного художника, продавшего весь свой кров ради любви одной девушки вызывает неподдельный интерес. А теперь поподробнее.
Грузинский художник-примитивист Нико Пиросмани (Нико Пиросманашвили) был самоучкой и настоящим самородком из народа. Несмотря на достаточно большую популярность при жизни, он, как многие творцы, жил в бедности и часто писал картины не за денежную плату, а просто за еду, а мировая слава пришла к нему только после его смерти. В родном городе про него говорили, что он лишь «маляр, расписывающий вывески». Любопытно, что большинство людей, не знакомых близко с миром искусства, знают о Пиросмани именно благодаря этой истории, а его картины не встречали ни разу. Или думают, что не встречали.
О женщине, так сильно вдохновившей Пиросмани, на самом деле известно довольно мало. Существуют документальные подтверждения того, что она на самом деле приезжала в Грузию и имела возможность познакомиться с художником: в 1905 году в местных газетах были опубликованы анонсы выступлений певицы-шансонье, танцовщицы и актрисы парижского театра миниатюр «Бель Вю» Маргариты де Севр. Именно она и стала главной героиней как жизни художника, так и знаменитой песни. Артистке было на тот момент всего 20 лет, но она уже обладала определенной известностью.
Нико Пиросмани впервые увидел ее на афише и влюбился тотчас же. Сразу после этого он написал знаменитую картину «Актриса Маргарита». Посетив ее выступление и услышав пение, он решился на тот поступок, о котором стали слагать легенды. Говорили, будто чувства художника были мучительными, а девушка не разделяла чувств Нико. Она игнорировала его многочисленные ухаживания. Однако все эти рассказы были очень преувеличены.
В свой день рожденья Пиросмани продал харчевню и все принадлежащее ему имущество, а на вырученные деньги скупил все цветы в городе. Конечно, это были не только розы и вряд ли их был миллион (не думаю, что их вообще кто-то считал), но жест эффектный. 9 повозок с цветами отправились к дому Маргариты де Севр. Затем все это буйство красок - сирень, акацию, боярышник, бегонии, анемоны, жимолость, лилии, маки, пионы - выгружали охапками прямо на мостовую. По легенде, женщина увидела море цветов, вышла к художнику и поцеловала его. Однако историки утверждают, что они так никогда и не встретились. Нико послал ей цветы, а сам отправился кутить с друзьями.
Актриса, узнав, кто сделал ей такой щедрый жест, прислала ему пригласительный билет на своё выступление, которым он сразу так и не воспользовался, а когда художник наконец пришел к ней, Маргариты уже не было в городе. По слухам, она уехала с богатым поклонником и больше никогда не бывала в Грузии. С Нико у них так и не появилось больше возможности встретиться.
Дальнейшая судьба Пиросмани складывалась печально: после истории с цветами он окончательно обнищал, переселился в духаны. Рисовал там на чем придется – на стенах, жестянках, картоне, столовых клеенках. Художник умер от голода в апреле 1918 года, тогда ему было 56 лет.
В 1968 году в Лувре состоялась выставка картин Нико Пиросмани, которого уже 50 лет как не было в живых. Говорят, перед портретом актрисы Маргариты долгое время стояла пожилая женщина. Очевидцы утверждают, что это была та самая Маргарита де Севр. Ей было уже за 80 лет, но в ее чертах чувствовалась былая красота и статность. Женщина попросила сделать ее фото рядом с картиной и показала письма, которые, как оказалось, сохранились у неё от Пиросмани. Это было открытием: никто и не догадывался, что художник писал своей возлюбленной после ее отъезда. Хотя его часто видели на почте, но куда и кому он отправлял послания - можно было только догадываться. К сожалению, судьба этих писем на данный момент не известна, так как организовавшие выставку представители грузинской делегации не решились взять то, что могло навести руководство СССР на наличие у них переписки с иностранцами.
Вся эта история, конечно, живет лишь в рассказах и никаких документальных подтверждений не имеет (да и какие тут могут быть подтверждения?), вероятно, все дело в том, что при жизни Пиросмани его жест по отношению к де Севр не имел такого большого значения, а растиражировался гораздо позже.