Юля была ошарашена признанием Стаса. Её сердце сжималось так, что казалось оно вот вот остановится, перехватывало дыхание и от этого подташнивало, кружилась голова и она одеревеневшими губами тихо произнесла: -Как же так Стас, у нас же на следующей неделе свадьба? Как ты мог, мы же с тобой прожили четыре года. Почему ты раньше от меня не ушёл, когда уже знал, что любишь другую? -Ну Юля, я боролся со своим чувствами, я считал себя обязанным перед тобой за эти совместно прожитые годы, но кроме жалости у меня к тебе ничего нет. Я не люблю тебя, прости, нет больше сил говорить об этом,- и Стас тихо ушёл , как вор , осторожно закрывая за собой дверь. -Прости-и-и,-нараспев повторила Юля за Стасом,- вот и всё. Глупая я, никчемная курица, претендующая на любовь и звание жены. Слёзы катились сами собой, было больно, нестерпимо больно. Она распахнула настежь все окна, а сама не отдавая себе отчёта, сбросив домашний халат, облачилась в джинсы и футболку, выскочила из квартиры, где казалос