- Так за какую команду ты будешь болеть? - спрашивает меня Асиф, гребя к своему плавучему дому на озере Дал.
Это вопрос с подвохом? Индия играет с Пакистаном. Заклятые соперники обоих. Эмоции зашкаливают. Обе страны скорее проиграют финал чемпионата мира, чем проиграют групповой матч друг другу. Конечно я поддержу Индию и она тоже поддержит…
“Пакистан,” объявляет Асиф.
В другой части Индии это было бы неслыханно, но мы находимся в долине Кашмира – бывшем рае, ныне потерянном в трех войнах, которые велись за него между Индией и Пакистаном. Линии разлома проходят по земле и через сердца кашмирцев, разделяя их верность. Интересно, знает ли Асиф, что не так давно трое кашмирских студентов были арестованы по обвинению в подстрекательстве к мятежу только за то, что они болели за Пакистан. Или, может быть, это потому , что он знает, что он есть...
Мои мысли прерывает слабый стук нашей шикары, скромной гондолы на двоих, когда она задевает деревянное крыльцо плавучего дома Асифа. Этот приглушенный дверной звонок приводит 10-летнюю сестру Асифа, Гюль, к передней части плавучего дома. Гюль улыбается так, словно всегда знала тебя. На ее лице нет войн.
“Бхаджан, пойдем, у нас кончились стебли лотоса, - говорит она.
Как только Асиф скрылся из виду, Гул протягивает мне весла. Мы улыбаемся своей тайной улыбкой. Она научила меня грести на шикаре. Ряды небольших плавучих домов составляют плавучий местный рынок Даля. Я пробираюсь по узким водным аллеям, избегая продавца цветов, обходя продавца овощей и дрейфуя в водорослях. Гюль хихикает. - Что, бхаджан! Ты же не тренируешься. Она качает головой в притворном разочаровании и берет дело в свои руки.
Вскоре мы с Гулом оказались в тайных покоях Даля. Лотосы растут в изобилии. Гюль сгребает их. Обжаренные в кляре, они превращаются в восхитительную закуску.
Но Асиф едва ли смакует их. Индия впереди в этой игре. С каждым мгновением Асиф становится все более раздражительным. Мы с Гулом обмениваемся тревожными взглядами.
- Хочешь попрактиковаться? - спрашивает Гул, указывая на шикару.
Когда мы отправляемся в путь, сумеречное небо придает воде озера свой фиолетовый оттенок. Похожие, но перевернутые картины, разделенные горизонтом. Как Индия и Пакистан. Похожи, но порознь. Долина; их горизонт. Ни небо, ни вода не претендовали на горизонт. Но народы-близнецы борются за господство над долиной.
Мы с Гулем гребем вглубь озера, за растениями лотоса. Мы лежим на спине, смотрим, как луна подкрадывается к звездам, и напеваем болливудские песни.
К тому времени, как мы гребем обратно, матч уже закончился. Никто из нас не потрудился спросить о результате.