Если дебютную кинороль Ларисы Долиной в эпизоде остросюжетного фильма "Бархатный сезон" (1978) сейчас мало кто вспомнит, то её следующее появление на киноэкране стало одним из ярких моментов и без того великолепной комедии Карена Шахназарова "Мы из джаза" (1983), окончательно реабилитировшей некогда гонимый в Советском Союзе жанр. Я про фрагмент, где герой Игоря Скляра с друзьями встречает на вокзале негритянскую (или афрокубинскую?) певицу Клементины Фернандес, которую сыграла (а также спела) тогда еще не очень известная Долина!
Слышал, будто рассматривалась и другая кандидатура - Любовь Полищук - но скорей всего это заблуждение. Да, в другом культовом музыкальном фильме "31 июня" актрисе доводилось иметь дело с "афрогримом", но ей он совсем не шёл.
Долина и там тоже успела спеть (правда, за кадром), после чего её в свой ансамбль в качестве солистки пригласил Анатолий Кролл. Как раз он и сочинил оригинальный саундтрек для "Мы из джаза", да к тому же был единственным из основных создателей фильма, кто в этом жанре действительно понимал. Так что вопрос кого именно взять на кинороль джазовой певицы, думаю, был решён сразу.
К пресловутому "блэкфэйсу" Шахназаров тоже подошёл ответственно (не то что его коллега в киномюзикле "31 июля"). Вот как вспоминала сама Долина:
Меня гримировали под мулатку шесть часов. Чтобы добиться естественного шоколадного оттенка для грима смешивали 12 цветов, а потом так же тщательно делали прическу…
А кто же являлся прообразом джазовой звезды, приехавшей в те давние годы в СССР? На это у меня есть точный ответ, хотя без недоразумений не обошлось.
1 октября 2003 года в еженедельнике "Московский комсомолец" была опубликована статья Светланы Самоделовой "Весёлые ребята из джаза". Та утверждала, будто о прототипе Клементины авторам фильма рассказал никто иной как легендарный джазовый музыкант и композитор Александр Варламов и звали ту - Каретти Арле-Тиц:
Она приехала учиться в Советский Союз опере. Наши молодые музыканты ухитрились её перехватить. Негритянская певица стала работать с Варламовым в секстете джазовых солистов. Каретти влюбилась в нашего барабанщика, они стали жить гражданским браком, а потом её мужа посадили. Певица начала ходить по инстанциям, хлопотать за барабанщика, её тут же выслали из страны...
По поводу последних пунктов пояснить ничего не могу, но в целом к данному сюжету упомянутая Каретти отношения не имела, хотя у неё тоже хватало африканских предков и джаз она в советской столице пела, а конкретно в 1934 году, о чём достоверно свидетельствует этот обнаруженный мной в газете "Вечерняя Москва" анонс:
На самом деле Каретти Арле (Тиц - по мужу) приехала в Российскую империю то ли в 1904, то ли в 1913 году - то есть лет за 20-30 до подробностей, о которых поведал Варламов - и в конце концов осела в Москве, где жила вплоть до последних дней: артистка умерла 15 декабря 1951 года и была похоронена на Новодевичьем кладбище. Кроме того она снялась в двух известнейших кинокартинах - "Цирк" (1936) и "Пятнадцатилетний капитан" (1945).
Как журналистка "МК" умудрилась всё перевернуть, непонятно, но, судя по всему, в воспоминаниях советского джазмена речь шла о совсем другой певице - американке Целестине Коол (именно так в те годы было принято транскрибировать фамилию Cole), которая у себя на родине была известна как Celeste Cole. Очевидно же: Клементина из фильма Шахназарова - это прямая отсылка к Целестине!!
Родом эта певица из города Даллас ( штат Техас), где она появилась на свет 26 июля 1908 года. В 23 ей повезло сняться и спеть в первом афроамериканском звуковом фильме "Изгой" (The Exile) - в эпизодической роли. Видео с её участием мне найти пока не удалось, но зато сохранился кинокадр, где спиной к поющей Целесте стоит может быть сам Дюк Эллингтон (есть упоминания о выступлениях Коул с его оркестром в качестве солистки):
А вот что вспоминал сам Александр Варламов - непосредственно в своих мемуарах, которые опубликовали уже после премьеры комедии "Мы из джаза".
Итак, Целестина Коол прибыла в Москву в 1934 году по приглашению своего родственника - негра-коммуниста Роберта Робинсона, который принял советское гражданство и работал на Московском подшипниковом заводе, а в декабре того же года даже был избран депутатом Моссовета. Он же и помог Целестине поступить на вокальное отделение консерватории:
...Наш администратор Феликс Данилевич "загорелся" идеей заполучить её к нам в ансамбль. Развил бурную деятельность. Через американское посольство проследил весь путь певицы от Нью-Йорка до Москвы. И вот мы, прихватив с собой переводчицу, едем на вокзал встречать поезд из Ленинграда. Один состав прибыл, второй... Нет Целестины. Наконец из третьего выносят гору чемоданов, а за ними выходит Целестина. Мы, правда, были не во фраках (это уже в фильме для пущего комизма придумано).
Стали уговаривать её с нами подружиться. Привезли в гостиницу театра Красной Армии. Но вот беда — Целестина категорически отказывается петь в джазе, так как. по ее мнению, белые будут эксплуатировать ее негритянский талант. Твердит: «Ноу. ноу. ноу!». Как быть? Тогда находчивый Данилевич принес откуда-то плакат «Дружба народов»: взялись за руки китаец, негр и белый. Показываем на картинку и уговариваем: «Дружба, братство, интернационализм. У нас не Америка. Советский джаз — это не буржуазное мероприятие. Вы будете работать в системе театра Красной Армии — армии победившего пролетариата...
(А. Варламов)
Что здесь байка ради красного словца, а что правда, проверить уже некому, но в итоге Целестина согласилась стать солисткой "джаз-банды" под управлением Александра Варламова и с конца мая на протяжении месяца с лишним они ежедневно выступали на открытом воздухе в Эстрадном театре парка ЦДКА (сейчас это Екатерининский парк). Чему я нашёл подтверждение в той же газете "Вечерняя Москва" за 1934 год:
Затем последовали многочисленные гастроли по Советскому Союзу, притом не только с оркестром Варламова. Вот уникальная афиша тех лет:
А это фотография, подаренная певицей Николаю Минху во время её выступлений с Теа-джазом под его руководством (опять же в 1934-м).
Как бы то ни было, но именно благодаря сотрудничеству с Варламовым, американка оставила о себе память ещё и в советской грамзаписи: ведь в том же 1934 году Целестина Коол записала несколько песен, вышедших на патефонных пластинках. Очень скоро эти записи стали раритетом:
К счастью, парочку архивных фонограмм Целестины спустя десятилетия восстановили и в 1974 году фирма "Мелодия" включила их в виниловый сборник Варламова, откуда они в наше время стали общедоступны в цифре.
Её голос безусловно и близко нечего общего не имеет ни с тембром Долиной, ни с джазовым вокалом в целом (по крайней мере, тут). Впрочем, и внешность Целестины мало смахивает на ту Фернандес, что воплотила наша артистка по задумке Карена Шахназарова. Но за это, думаю, никто не в обиде.
А как же сложилось дальнейшая жизнь Селесты Коул? В 1937 году, вероятно после того как закончилась учёба в Московской консерватории, она вернулась в США и преподавала оперное пение в Детройте. Затем проживала в Саутфилде (штат Мичиган), где и скончалась 5 октября 1984 года, скорей всего так и не узнав, что в далёкой и памятной стране появился весёлый музыкальный фильм, в который вошли и мотивы одной странички её биографии.
А в собрании публичной библиотеки Детройта хранится вот такая фотография:
(с) Albert Magnus специально для kin0guru
#тайны кино от kin0guru