Катя разлюбила мужа и изменила мужу с соседом

катя изменила мужу с соседом по даче, но не с самим соседом, а с его старшим братом. И даже не потому что тот был дурачком. И не потому, что он был неряхой, рассеянным, ленивым и не всегда трезвым. А потому что младший брат не давал ей прохода.

Краев встретил Наташу у подъезда.

-- О, барышня, а в вашей веселой головке уже зарождается идея о том, что неплохо бы сменить обстановку, а может даже и работу.

Наташа как раз собиралась выкинуть очередной строительный мусор из окна второго этажа, когда он решил обратиться к ней за советом.

Я знаю, -- думал Краев, -- что надо сделать. Надо заставить эту женщину, которая вырвала из моей жизни целый кусок, взяться за ум. И если эта женщина не отработает свои деньги -- не важно по какой статье -- то именно я буду виноват. Я найду ей работу, я обеспечу ей достойное существование, а она будет любить меня. И тогда в один прекрасный день мы будем вместе и ей не придется беспокоиться о деньгах.

Возле подъезда стоял маленький, лысоватый и вечно небритый шатен в смешных очках.

Он услышал, что она ругается с соседским мальчишкой. И быстро вошел в подъезд.

Остолбеневшая Наташа, с выпученными от страха глазами и поднятым сжатым кулаком, молча смотрела на дядю Валеру. Потом она разжала кулаки и резко повернулась, чтобы уйти. Однако Краев поймал её за руку и жестом попросил ещё раз выслушать его.

Для начала он спросил, не хочет ли она купить женские часики.

Некоторое время Наташа не могла вымолвить не слова. Наконец она молча смерила Краева презрительным взглядом и слегка оттолкнула его. -- Не понимаю я тебя, дядя Валера. Зачем ты меня использовал в этом грязном деле

Краеву было приятно чувствовать себя так неожиданно и приятно разговаривать с этой женщиной. Но в то же время он был насторожен и почему-то не решался поцеловать её.

Когда он, наконец, закончил, Наташа с трудом выдавила из себя несколько слов: -- Что... что ты от меня хочешь..

-- Разве ты забыла, как я бросил тебя в тот день когда был задержан, а ты сидела на переднем сидении моей машины. Ведь ты не забыла

-- Да, конечно.

Она продолжала молчать.

Тогда Краев спокойно добавил:

-- Твое молчание ничего не значит. Моя репутация не пострадает.