Найти тему
Grossbart

Ингигерда - жена Ярослава Мудрого

Алексей Транковский. Ярослав Мудрый и его шведская жена Ингигерда
Алексей Транковский. Ярослав Мудрый и его шведская жена Ингигерда

Мало кто обращает внимание на окружение знаменитых правителей, кроме историков или людей, увлекающихся данной темой. Даже если мы знаем о самых ярких таких представителях, как Бирон или Меньшиков, то остальные будто меркнут в наших глазах. Практически нигде о них не говорят и мало кто о них слышал, но это совсем не значит, что они не заслуживают нашего внимания, ведь порой они даже могут быть намного более выдающимися, чем самые распиаренные исторические личности.

И сегодня я бы хотел поведать о великой киевской княгине, умной и хитрой жене Ярослава Мудрого – Ингигерда Олафсдоттир.

Происхождение

Ингигерда занимала не последнее место в обществе. Она была дочерью конунга Олафа Шётконунга, которого можно считать первым королем Швеции, к тому же первым христианским правителем в тех землях. Он был известен своей победой над Норвегией, в морском сражении, после которого проигравшая сторона надолго оставила свои попытки реванша. А ее матерью была Эстрид, дочь вождя ободритов.

Отсюда мы можем сделать вывод, что по статусу и влиянию ее семья ничем не уступала русским князьям, а можем быть местами даже были лучше.

Свадьба с Ярославом Мудрым

Изначально Ингигерда не должна была выходить за нашего Новгородского князя. Принцессу Швеции хотели выдать замуж за правителя Норвегии Олафа II – это должно было послужить гарантией мира между двумя государствами. Данное решение было принято на тинге в Уппсале и все поддержали такое решение, даже дочь конунга хотела брака с королем Норвегии.

И вот, замечательным осенним днем 1018 года, на границе двух государств на берегу реки Эльв, ожидал свою невесту Олаф II. Однако, Шведский король не сдержал своего обещания и выдал свою дочь за новгородского князя Ярослава Мудрого, послы которого пришли к отцу Ингигерды еще летом. Правителю Норвегии досталась ее сводная сестра Астрид.

Прибыв в Новгород летом 1019 года, она получила в приданое город Ладогу (ныне с. Старая Ладога; в сагах именуется как Альдейгаборг). А по ее просьбе, посадником этих земель стал ярл Рёгнвальд Ульвссон, родственник Ингигерды по материнской линии (их матери были сестрами).

Также в Новгороде она приняла православие, пройдя обряд под именем Ирина.

Ее роль в государственных делах

Ингигерда Шведская была достаточно умной и сообразительной женщиной, она играла значительную роль в делах политических и оказывала этим огромную услугу своему мужу. Ярослав даже вверил ей войско, которое было послано против князя Брячислава. Однако, она оказалась в плену, после которых ей пришлось встать в статус миротворца между этими двумя князьями (хоть и не по собственной воле).

Многое мы знаем об Ингигерде из «Саги об Эймунде». В ней также сказано, что она лично принимала участие в попытке убийства конунга Эймунда. Сам же Эймунд высказывался о ней так: “Я ей не доверяю, потому, что она умнее конунга Ярислейфа, но не хочу уклоняться от беседы с нею” (Под Ярислейфом понимается князь Ярослав).

Также своим браком она улучшила положение русских княжеств в глазах Северной Европы.

После завоевания Англии датскими войсками в 1016 году, английские принцы Эдуард и Эдмунд бежали в первую очередь в Ладогу, Новгород, а затем и Киев.

Слухи о ее любовной связи с Олафом II

Олаф II оказался изгнан из Норвегии, вместе со своим малолетним сыном, после чего долго гостил в Новгороде. По слухам, того времени, Ингигерда имела с ним тайную любовную связь, после чего его сын Магнус остался на воспитании у Ярослава Мудрого, пока Олаф не вернет назад свой престол. Но после его смерти, Ярослав и вовсе усыновил Магнуса, который очень много времени проводил в Новгороде.

Старость и смерть

Существует две версии смерти Ингигерды. По одной она умерла в Новгороде 10 февраля 1050 года. Вторая же является более интересной. По этой версии, после смерти Ярослава в 1054 году она постриглась в монахини под именем Анна, скончалась через два года, приняв перед смертью схиму. И именно ее постриг стал первым в великокняжеском доме, с него и началась традиция пострижения русских князей и княгинь после того, как они стали считать свой долг правителя выполненным.