Как сын генерала Моше Даяна стал после армии блестящим режиссёром, почему Герберт Раппапорт променял Голливуд на «Ленфильм» и какие фильмы Джилло Понтекорво до сих пор смотрят в Пентагоне.
Так получилось, что Аси Даян – сын легендарного израильского генерала Моше Даяна – был постоянным героем газетных хроник почти все 68 лет своей жизни. Сначала трехлетним ребенком он нечаянно забрёл на иорданскую половину Иерусалима, который в конце 40-х не полностью принадлежал Израилю. Его вызволяли с трудом. Потом в 14 лет юноша сбежал на Кипр, чтобы продать там все отцовские трофеи. Его возвращали с позором. А вот затем Аси Даян, отслужив в парашютно-десантных войсках, вырос в настолько бравого офицера, что ни один израильский режиссер не мог пройти мимо, чтобы не пригласить его сыграть очередного героического бойца. Так и играл Даян храбрых сионистов, пока не оказался в феврале 1970 года среди пассажиров рейса «Эль-Аль», атакованных террористами во время промежуточной остановки в Мюнхене. С той поры Аси Даян начал семимильными шагами двигаться в сторону антимилитаристского мышления.
Последний раз он сыграл майора-десантника в патриотическом израильском фильме «Операция “Йонатан”», который выдвинули в итоге даже на «Оскар». В своих же фильмах, которые Даян начал снимать по своим же сценариям, он сначала над армией подшучивал, а затем ей уже откровенно противостоял. Окончательно превратился он в пацифиста после участия в Ливанской войне в 1982 году. Вот только примерно с этих же пор начнутся проблемы Аси Даяна с алкоголем. Позже к этому присоединится и наркотическая зависимость. Как в это время блестящий режиссер снимал крайне успешные фильмы про проституток и бизнесменов, ругался с женами и детьми, а также чем в итоге закончилась его жизнь, читайте в нашей статье «Дары Даяна».
Фильмы другого «военного» режиссера Джилло Понтекорво до сих пор используют в Пентагоне как учебные пособия для ведения городских войн. Известно, что летом 2003 года американские офицеры отдела спецопераций смотрели картину Понтекорво «Битва за Алжир», вышедшую еще в 1966 году. Дело в том, что США тогда застряли в Ираке, и там набирало силы партизанское движение. Методы борьбы с повстанцами решили искать в кинодраме, основанной на реальных событиях войны за независимость Алжира. Но, кстати, к «Битве за Алжир», которая получила в свое время «Золотого льва» Венецианского кинофестиваля, присматривался не только Пентагон. Это был любимый фильм городского террориста Андреаса Баадера, создавшего в ФРГ «Фракцию Красной армии».
Вообще, все полнометражные фильмы Понтекорво – а снял он их немного, точнее, пять – крайне неоднозначно воспринимались публикой, хотя это и не мешало им собирать все возможные награды. Режиссера обвиняли в том, что он систематически призывает к восстаниям и так называемому «свержению империализма». «Я не экстремист, – оправдывался Понтекорво. – Я просто человек, придерживающийся левых взглядов. Как и многие итальянские евреи». С той же «Битвой за Алжир» – режиссер явно поддерживал алжирцев, хотя и говорил, что главной целью было «показать ужас войны». Но картину запретили к показу во Франции и подвергли жесткой цензуре в Англии и США. О чем были другие фильмы режиссера и какая судьба ждала их, читайте в материале «Кино на грани фола».
Ну, а режиссеру Герберту Раппапорту не дали в Голливуде в конце 30-х снять антифашистский фильм: до вступления США во Вторую мировую войну выступления против Германии не приветствовались. Тогда Раппапорт, несмотря на успех и баснословные доходы в Америке, взял и переехал в СССР. Там он тут же снял на «Ленфильме» первый антифашистский фильм в мировой киноиндустрии – картину «Профессор Мамлок». Но как раз к моменту выхода фильма был подписан пакт Молотова – Риббентропа: публичное осуждение Германии прекратилось, все критически настроенные к немцам картины положили на полку. Чем тогда занялся режиссер в Советском Союзе и какие смешные случаи с ним описывал в своих книгах Сергей Довлатов, узнавайте в статье «“Ленфильм” заместо Голливуда».