Сегодня проснулась раньше любимого.
Солнце бьет в окно, птичка заливается на яблоневой ветке, чуть вдалеке - стук колёс электрички.
Лежу, смотрю на спящего Викрама - он такой милый, когда спит! - и думаю: «Господи, за что я такая счастливая?»
Вот сейчас пишу эти строки, а он рядом посапывает, родной такой и любимый, и даже не сказать, что грозный и серьёзный мужчина, уважаемый преподаватель и подающий надежды молодой специалист.
Я его в ушко - чмок!, а он смешно так в полусне плечо поджимает к уху: щекотно.
Викрам вообще боится щекотки и не верит мне, что я ее не боюсь. А я выросла с четырьмя братьями и сёстрами, у меня к щекотке пожизненный иммунитет. Не верит. Периодически проверяет - не завизжу ли? Не захохочу?
Испекла на днях цветаевский пирог из нападавших яблок на даче. Они, конечно, не дозрели ещё, но для пирога уже сносно. Любимый сладкоежка, пирог оценил, спросил, смогу ли такой приготовить без яиц для его мамы.
Конечно, смогу.
Мне немного совестно от собственного счастья, а ещё - самую чуточку боязно: а вдруг отнимут? И я все эти моменты бережно складываю в корзинку с воспоминаниями.
Вот он идёт чуть впереди с удочками и ведром. Вот кладёт голову мне на колени во время просмотра фильма. Вот мы пьём кофе на улице и звоним его родителям - просто поболтать, без видимой причины. Вот он, радостный, бежит ко мне со словами: «я нашёл ещё ягоды!», а это оказывается куст с волчьими ягодами, ядовитыми. Вот мы бредём по проселочной дороге, взявшись за руки и он, увидев старый покосившийся дачный домик, восторженно просит: «Сфотографируй меня рядом с ним!».
Сфотографирую, любимый.
Вчера разговаривала с его мамой. Она та ещё шутница: я впервые увидела, как взрослый мужчина краснеет и тушуется (я уже обожаю эту женщину!). Мама спрашивает:
-Наташа, он тебе помогает?
-Да, конечно, - уверенным голосом говорю я. - Вчера вот посуду помыл!
Я ненавижу мыть посуду, поэтому то, что это делает Викрам, для меня действительно ценно. Но маме этого мало, на Викрама выливается поток упреков в лени.
-Мама! - умоляюще вскидывает брови любимый.
-Наташа, послушай меня, - говорит его мама, - не позволяй ему сделать из себя прислугу! В браке все обязанности должны делиться поровну. Он должен во всем тебе помогать.
-Да, мама, - вздыхает Викрам.
Потом немного ворчит после разговора, мол, ты должна быть на моей стороне, она надо мной смеётся, а ты вместе с ней.
-Ну что я могу поделать, - улыбаюсь я, - мне же надо выстроить с ней отношения. Тем более, что ты знаешь, что я ценю то, что ты делаешь.
А ещё мы тут много разговариваем: новое место будто подтолкнуло нас рассказать друг другу новые истории о себе (я и не думала, что осталось что-то, что мы друг о друге не знаем!). И вот, мы будто снова переживаем эмоции первых свиданий, жадно впитывая информацию о тех, кто нам интересен.
...Викрам просыпается, утыкается мне носом в плечо и сонно говорит:
-Good morning, sweetheart.
-Привет! - улыбаюсь, зарываюсь пальцами в его волосы.
Мы немного лежим в тишине, обнявшись и слушая тикание часов, потом я тихонько спрашиваю:
-Ты счастлив?
Он смеется:
-А что, не видно?
-Просто хочу удостовериться.
Конечно, видно.
Птица за окном вспорхнула и улетела. И мы тоже потихоньку будем собираться.
Пора завтракать.