Шел 1999 год. Завод, на котором я проработала много лет, закрыли, меня сократили. Каждый день я просматривала газеты с вакансиями и однажды наткнулась на объявление. Кадровое агентство обещало за оплату помочь в трудоустройстве. Это был шанс и я отправилась по указанному адресу. После короткого собеседования мне сообщили, какие сейчас имеются вакансии - водители, бухгалтера, кладовщики. Ничего такого я не умела. Была еще свежая вакансия - в цех фасовки чая требовались фасовщицы, но там были возрастные ограничения до 30 лет. Мне было 34.
Я заполнила анкету, указав домашний телефон и без особой надежды отправилась восвояси.
На следующий день вечером зазвенел телефон. Мужской голос поинтересовался, могу ли я явиться на собеседование утром и назвал адрес. Я согласилась. Наутро, подойдя по адресу, я увидела толпу девушек, ожидавших собеседования. Подъехала машина, из нее вышел крупный лысый мужчина с золотой цепью на шее и невысокий щуплый паренек в замшевой курточке. Крупный оказался водителем, а щуплый – боссом.
Нас пригласили в помещение и дали заполнить анкету на 4 страницах. Много дурацких вопросов. Особенно развеселили - есть ли родственники за границей и ваши хобби и увлечения. В графе хобби я честно написала: «собирать грибы и велосипеды».
Потом мелкий босс начал собеседование. Прошедшие в первую очередь рассказывали, какие вопросы он задавал. Я немного психанула из-за дурацкой анкеты и решила перехватить инициативу в разговоре. Зачем-то с ходу спросила о моделях фасовочных станков, о форме собственности предприятия. Парень сначала офигел от моей наглости и начал как школьник докладывать, что станки отечественные, а фирма пришла к нам из Питера. Немного поговорили, и он обещал позвонить по итогам собеседования. Не строя больших иллюзий ( не проходила по возрасту), я вышла с собеседования.
Я сильно удивилась, когда мне перезвонили и сказали, что меня приняли на работу.
Это был цех по фасовке чая. В центре помещения располагались фасовочные станки. Сырье засыпалось из мешков в бункер станка, фольгированная лента спаивалась в "чулок" и чай расфасовывался в пакеты по 250, 200 и 100 грамм. Мы раскладывали пакетики из фольги в картонные пачки - «крой». Готовые пачки чая укладывались в большие ящики - «гофру». На каждый вид чая была своя норма выработки. Если не выполняешь норму, с тобой прощаются, а на твое место берут кого-то пошустрее.
Мелкого босса звали Виталий Александрович. Он был нормальный. Когда случался большой заказ и приходилось задерживаться на работе, он посылал водителя - лысого с золотой цепью - в ближайший магазин за пирожками и пряниками. И чай был всегда свежий.
Нас было 15 девочек фасовщиц и 6 парней – грузчиков и операторов станков. Коллектив был очень молодой, в основном 18-20 лет. Девчонки были феноменально шустрые, невозможно было уследить, как их пальцы молниеносно складывают коробочки. Работа была однообразная и монотонная, голова в работе не участвовала, и мы травили байки, обсуждали новости, развлекались, как могли.
Как-то у меня протерлись тапки, и увидев, что они не подлежат ремонту, я решила их похоронить с почестями. Попросила у мальчишек небольшую коробку, и мы торжественно упаковали рваные тапки в нее. Обвязали красивой лентой из фольги, украсили надписями, заклеили скотчем. Я принесла угощение – конфеты и блины - на поминки тапочек.
Грузчики увлеченно участвовали в похоронах. С серьезным видом пришел бригадир грузчиков и объявил, что могила готова. На улице было холодно и мы доверившись профессионализму грузчиков, не пошли на мороз. Потом устроили поминальный обед.
А наш Виталий Александрович никак не мог понять, что за движуха происходит в цехе - не чай ли хотят спрятать? Мы не стали его приглашать ни на похороны, ни на поминки. Он был ужасно любопытный и это его сгубило. Но это уже совсем другая история.
Если вам интересны мои истории, ставьте лайки, пишите комментарии, подписывайтесь на мой канал.