До тех пор, пока советская Россия их не создаст, она будет легкой и лакомой добычей всякого хищника»,-- писал он в газете «рабочий край». Когда в 1918 году интервенты высадили десанты в Мурманске и Архангельске, Михаил Васильевич назначается комиссаром Ярославского военного округа, в который входило восемь губерний. Округ стал основной базой северного фронта, снабжавшей продовольствием и людьми части и соединения. Мы, фронтовики первой мировой войны (в том числе будущие комиссары Чапаевской дивизии Фурманов и Батурин, заместители Фрунзе Новицкий и Авксентьевский и многие другие)
Были привлечены для работы под руководством Фрунзе в штабе округа и остались навсегда благодарны судьбе, которая свела нас с этим исключительным человеком, нашим учителем как в годы революции и гражданской войны, так и в последующие годы мирного строительства. Фурманов писал о Фрунзе: «это одна из тех редкостных личностей, которые заслуживают любовь и привязанность как-то разом у всех…
И это именно потому, что он был не только большой политик, не только большой организатор, не только большой стратег, но он был и большой человек, человек просторного, прекрасного сердца, человек большого участия к человеческой жизни». Мы, прошедшие школу войны, поражались военной эрудиции Михаила Васильевича, формально не имевшего специального военного образования. даже маститые генералы, окончившие николаевскую академию генерального штаба, имевшие за плечами опыт русско-японской и мировой войн - мне довелось не раз быть тому свидетелем, - при обсуждении сложных военных вопросов удивлялись глубине его военных познаний.