Найти в Дзене
Аня читает

"Покопаться" в литературе

Герман Гессе, немецкий писатель 20 века, выделял несколько типов читателей. Один из них - читатель наивный. Он воспринимает напрямую всё, что написано - если герой книги умер, а потом оказался в другом мире, то писатель странный и вообще, возможно, не здоров. Такой читатель просто не понимает тексты, в которых нет сюжета. Ему отлично "заходят" тексты так называемой массовой литературы, в которой всё просто и понятно - родился, женился, работал и (не дай бог) умер. Другой тип читателя понимает, что художественная литература - это набор образов и всё в ней символично. Он видит закономерности внутри текста и пытается считывать зашифрованный автором мир. Так вот, на мой взгляд, первого, наивного читателя, отличает от второго то, что он никогда не станет "копаться" в тексте. Он не будет читать медленно. И он не возьмет карандаш, чтобы подчеркнуть понравившееся слово или метафору. Однако если всё же вооружиться воображаемой лопатой, войти в роль исследователя, можно открыть космический мир,

Герман Гессе, немецкий писатель 20 века, выделял несколько типов читателей. Один из них - читатель наивный. Он воспринимает напрямую всё, что написано - если герой книги умер, а потом оказался в другом мире, то писатель странный и вообще, возможно, не здоров. Такой читатель просто не понимает тексты, в которых нет сюжета. Ему отлично "заходят" тексты так называемой массовой литературы, в которой всё просто и понятно - родился, женился, работал и (не дай бог) умер.

Другой тип читателя понимает, что художественная литература - это набор образов и всё в ней символично. Он видит закономерности внутри текста и пытается считывать зашифрованный автором мир.

Так вот, на мой взгляд, первого, наивного читателя, отличает от второго то, что он никогда не станет "копаться" в тексте. Он не будет читать медленно. И он не возьмет карандаш, чтобы подчеркнуть понравившееся слово или метафору.

Однако если всё же вооружиться воображаемой лопатой, войти в роль исследователя, можно открыть космический мир, второе дно текста.

Для примера - фрагмент рассказа Дины Рубиной "Этот чудной Алтухов".

В витрине магазина музыкальных инструментов стояла девушка-манекен со скрипкой... Манекен не был приспособлен для демонстрации музыкального инструмента и был похож на девушку, играющую в «стоп, замри!». Правая рука с нечеловечески длинными пальцами указывала на левую...

Ну манекен, ну стоит.

А раньше:

Рядом со мной какая-то маленькая толстая женщина крутилась возле зеркала, пытаясь увидеть в нем свою спину, вернее, хлястик на спине. Ее светлые волосы были скручены желтой резинкой на затылке в пучочек, а зубы почему-то росли здорово вперед. Очень вперед. Признаться, я еще в жизни своей не видала женщину с такими короткими толстыми ногами и чтобы зубы у нее настолько росли вперед, что казались самым важным органом осязания.

И это уже закономерность. Части тела живых и не очень героев намеренно преувеличенны, гипертрофированы. Становится ясно, что автор разбросал камни, которые мы, читатели, можем собрать и получить удовольствие.

Ясно, что каждый бывает "наивным" читателем, которого захватывает сюжет и хочется прочесть как можно больше. Но иногда можно пробовать читать не больше, а лучше, качественнее.