"Настенька, ты же умненькая девочка, зачем ты с этой (тыкает в меня пальцем) пошла за беседку?" - это сказала полная среднего возраста воспитательница, с короткими выбеленными волосами, которая, почему-то, невзлюбила меня, а ту девочку, Настеньку, превознесла до ранга ангелов, принцесс и крайне умных детей. И ничего, что я уже умела читать в 4 года и была спокойным ребенком, просто это она так решила, что я какая-то не такая, глупая, плохая и со мной не надо дружить.
Хотя, Настенька была обычной девочкой, такой же, как все, да и решение пойти исследовать "забеседочную" зону и пособирать там цветочки, было наше с ней общим, а не только лишь моё, как решила воспитательница.
"Сашенька, иди, посиди у меня на ручках, маленькая мой, морковка моя", - говорит эта же воспитательница и сажает к себе на колени мальчика по имени Саша Маркин. Попутно раздавая остальным детям листочки с длинными стихами. Я же смотрю на её нежное обращение с Сашенькой и завидую такому хорошему отношению.
"Так, сейчас садитесь и учите эти стихи", - говорит она. Слава богу, я не помню, как её зовут, но назовём её Мариной Сергеевной.
Стихи непомерно длинные, а головы у детсадовских детей ещё не особенно развитые, тем более, что учить мы были вынуждены при условии шума и гама, а мне для изучения стихов всегда требовалась тишина.
Буквально через 20 минут Марина Сергеевна начала нас по-очереди поднимать и требовать декларирования стихов. Кто-то даже что-то и рассказал, за что получил похвалу, я же выучить их совсем не смогла, поэтому была удостоена злого взгляда и реплики: "садись, тупая, и зубри ещё".
И это ничего, что потом, уже в школьные годы, я получу грамоту по литературе за отличное чтение, а так же написание стихов и сочинений.
Воспитательнице не удалось убить мою тягу к литературе, чтению и стихам, хотя она для этого делала всё.
Марина Сергеевна заронила в меня чувство никчемности, ощущение, что я хуже, недостойнее других детей, глупее и некрасивее.
Благодаря такой деструктивной закладке в детстве, у психотерапевтов потом переполненные коридоры. Я же разбираюсь со всем сама до сих пор. И с низкой самооценкой и с чувством ничтожности.
Я никогда не рассказывала родителям об отношении ко мне воспитательницы, потому что была уверена, что действительно делаю что-то не так и меня будут ругать ещё и дома. Или же она ещё сильнее взъестся на меня, если родители придут с ней поговорить, а ведь я и так боялась её смены.
Уже слишком поздно, будучи взрослой, я поняла, что скорее всего ни в чем не была виновата. Также я узнала, что эта воспитательница принимала взятки, одна мамаша работала на заводе конфет, другая занималась хозяйственными товарами и могла достать что-то редкое в подарок для воспитательницы. Наша же семья ничего ей лично не дарила, отсюда, возможно, и сложилось негативное отношение.
Самое ужасное, что ребенок не понимает всех этих меркантильных взрослых предпосылок и часто вынужден страдать, быть виноватым без вины, взращивать в себе комплекс неполноценности, который отравит ему жизнь на долгие годы вперёд, пока он не начнёт поворачивать этот процесс вспять.
