Февраль 1238 года. Владимир, политический центр северо-восточного русского княжества, лежит в руинах. Его падение открыло Батыю путь к старинным городам владимирского ополья, беззащитных перед лицом монгольской орды. Впрочем, о завершении похода речь не шла: для окончательной победы Батыю предстояло найти и разбить великого князя.
Тем временем монголы занялись превращением владений Юрия Всеволодовича в пустыню, грабя и громя все города и поселки на своем пути. Кроме уничтожения всех потенциальных очагов сопротивления, захватчики стремились отрезать лагерь князя от Южной Руси и Новгорода, откуда могло прийти подкрепление. Для решения этой задачи орда разделилась на три части: один отряд двинулся в северном направлении к Ростову, второй ушел на восток к Средней Волге, а третий направился на северо-запад к Твери и Торжку.
Основные монгольские силы шли от Владимира на север для разгрома Юрия Всеволодовича. После Ростова, покинутого князем и дружиной, и сдавшегося завоевателям без боя, следующей целью кочевников стал Углич. Одновременно с этим на северо-восток был послан большой отряд. К сожалению, в летописях того времени нет никаких воспоминаний о взятии Ярославля и Костромы. На основании археологических данных можно лишь предположить, что Ярославль был сильно разрушен и долго не мог оправиться. Однако в истории сохранилось предание о сражении на Туговой горе, в которой погибли все защитники города.
Часть монголов, направившихся на восток к Средней Волге, добралась по реке Клязьме до Стародуба и напрямик через леса двинулась к Городцу. Легко взяв и разграбив Городец, завоеватели пошли в сторону Костромы, разрушая приволжские поселения и заходя далеко на север и северо-восток. Летописцы сообщают, что в этом направлении монголы дошли до Галича Мерьского. Для отряда, двигавшегося от Владимира на северо-запад, первым объектом нападения стал Переяславль-Залесский, сильная крепость в центральной части княжества. Город был взят штурмом после пятидневной осады.
К началу марта 1238 года монгольская конница широким фронтом вышла в верховье Волги. В это время владимирский князь все еще стоял лагерем на реке Сить, в который уже несколько недель стекались воины со всей округи. В первую очередь, Юрий ожидал помощь от своих братьев Ярослава и Святослава Всеволодовичей. Кроме того, в великокняжеский стан бежала знать из мелких городов и княжеств, подвергнувшихся погрому. Так, Иван Стародубский при приближении монголов увел семью и имущество в леса за Волгу, а сам направился к месту сбора на реке Сить с малым войском.
Задачу отыскать стоянку владимирского князя Батый поручил Бурундаю. Этот темник не был чингизидом, однако ему удалось стать одним из лучших монгольских полководцев благодаря своему военному таланту. От пленных, взятых у Ростова, Бурундай узнал, где располагается великокняжеский стан, и утром 4 марта его авангард подошел к реке Сить. Как выяснилось, Юрий Всеволодович не смог собрать внушительныой силы: Святослав успел прибыть со своей дружиной, но другого брата, Ярослава, он так и не дождался. Скорее всего, в лагере в то время находилось не более шести-семи тысяч ратников. Когда в начале марта до князя дошли слухи о приближении врага, он повелел своему воеводе Жирославу Михайловичу подготовить людей к сражению. Другой отряд количеством в 3000 воинов под командованием воеводы Дорофея Федоровича был послан навстречу незваным пришельцам.
Однако Бурундай перехитрил великого князя: используя местных проводников, неприятель лесными тропами вышел в тыл лагеря, где даже не были выставлены дозоры. Внезапной атакой монголы застали русских врасплох - дезориентированное, и не успевшее построиться в боевой порядок, княжеское войско было обречено. Конница противника стремительно продвигалась вдоль речного русла и, создавая численное превосходство на каждом участке наступления, обратила дружинников в беспорядочное бегство. В ходе широкомасштабной резни погибли многие воины, практически все военачальники, а также сам владимирский князь. Его голову Бурундай доставил Батыю в качестве доказательства своей победы.
Торжественные похороны Юрия Всеволодовича состоялись только через два года, когда его тело было опознано ростовским епископом Кириллом, проезжавшим возле места сражения по пути из Белоозера.
Продолжение: Монголы. Второе нашествие на Русь: осада Козельска и Торжка
Ранее: Монголы. Второе нашествие на Русь: разгром Владимира и Москвы