У этой словоформы две транскрипции написания – Сарыазман и Сары-Азман. Историки не единодушны по поводу того, кого или что так называть – племя «первоказаков» или же их атамана.
Первое упоминание
Михаил Астапенко в своей книге «Первые казачьи атаманы» приводит выдержки из труда великого русского историографа Николая Карамзина «История государства Российского», где ученый, в свою очередь, упоминает о Сарыазмане. Карамзин цитирует переписку Ивана Грозного с ногайским князем Юсуфом, датируемую 40 – 50-ми годами XVI века. Юсуф жаловался русскому царю на поведение «холопи твои».
Ногайский князь сообщал, что государевы люди на Дону в нескольких местах «поделали городы» и не дают проходу ногайским послам и вообще магометанам, которые держат путь на Русь и обратно – забирают, грабят, иных забивают до смерти. Юсуф называет этот разбойничий народ «нехто Сарыазман». В частности, ногайский князь привел пример с ограблением своих соотечественников «твоими [т.е., государевыми] людьми Сарыазманом» под Воронежем – ногайцы, отторговав на Руси, возвращались домой, а их на полпути «разбойник пришел и взял».
Иван Грозный в ответе Юсуфу написал, что эти люди на Дону поселились без государева дозволения, и он сам обеспокоен их поведением. По заверению царя, предпринимались неоднократные попытки переловить «сарыазманов», да те всякий раз ускользают. Далее Грозный рекомендует самим ногайцам «добыть» разбойников и доставить в Москву, а уж там бы их по царскому приказу «показнили». Причем царь заверяет Юсуфа в том, что на Руси ногайцев берегут, а в пути желательно им поберечься самим – на Поле, дескать, лихих людей много, и оно Руси неподконтрольно, Иван Грозный гарантировал безопасность иноземцам только на территории своего государства.
В переписке русского царя с ногайским князем возникает и упоминание о Сары-Азмане как о атамане разбойников, которого Грозный также просит Юсуфа изловить и прислать в столицу Руси, чтобы царь велел его «казнити». В помощи при поимке лидера налетчиков Грозный князю отказал, заметив, что это не в его силах. Русский царь, отмечает Карамзин, пытался наладить дружественные отношения с Юсуфом, а «сарыазман» портил весь этот дипломатический процесс. Ногайского князя обидел царский отказ помочь изловить разбойников, он в ответ написал, что о какой же дружбе между Русью и ногайцами может идти речь, если «твои холопи» чинят подобные безобразия на Дону.
Дореволюционный историк донского казачества Евграф Савельев считал, что «сарыазманом» первых казаков назвали ногайцы, поскольку в переводе с персидского оно означает «удальцы». Возможно, и атамана этих удальцов назвали по имени этой группы людей. Ростовский историк Николай Коршиков полагает, что Сары-Азман – это, возможно, мещерский или азовский татарин или русский, носивший татарское прозвище. По мнению Коршикова, наиболее удобным месторасположением поселений «сарыазманов» были земли Верхнего Дона – здесь, на реке Воронеж, фигурировавшей в переписке Ивана Грозного и Юсуфа, первым казакам проще всего было захватывать ногайских купцов и послов, идущих на Русь или возвращающихся домой.
Человек или племенная группа?
В «Казачьем словаре-справочнике» Георгия Губарева говорится о том, что «сарыазман» – это все-таки не конкретный человек, а крупная племенная группа. Губарев датирует время ее появления по первому упоминанию в официальных документах (царской переписке с ногайским князем) – около 1549 года. Причина возникновения данной племенной группы также называется со ссылкой на письмо Ивана Грозного. Царь писал Юсуфу, что эти холопы «в нашей земле много лиха учинили», и после того как их начали преследовать, праказаки «…убежали в Поле».
Николай Карамзин и историк донского казачества Василий Сухоруков считали, что Сары-Азман – имя казачьего вождя, некогда бывшего царским холопом. Но историк Георгий Губарев был уверен в том, что единственные первоисточники, где упоминаются «сарыазманы» – царские и ногайские грамоты достаточно убедительно доказывают: речь идет именно о крупной племенной группе казаков. Употребление в отдельных случаях словоформы Сары-Азман в единственном числе Губарев объяснял «древними формами летописной речи». Кроме того, подчеркивал историк, тюркское производное Азман от Азы существовало на Дону и до середины XVI века – оно встречалось в сочетаниях Аскоал (современный Оскол – город Старый Оскол), разрушенного Тамерланом в XIV веке города Акаса (Донские хазарские городища). Названия в современной топонимике – Азов, Азовское море – также происходят от словоформы Азман.
Губарев считал, что именно с первого крупного казачьего племени «сарыазман» в XVI веке и началась история казачества.