А вся важность бьется, Как сердце в груди мальчишки, Рвется болью, как тонкой стрелкой поверх чулков,
Остаётся шрамом ремня, глубиной от пореза.
С высоты понимаешь - в мире нет ничего нового,
Нет и главного. Кроме жизни.
Одной лишь жизни.
Я как город, который гордится, что есть на карте,
Муравьишкой взбираюсь на гору собственной жизни.
Все амбиции с высоты - такие смешные,
А вся важность бьется,
Как сердце в груди мальчишки,
Рвется болью, как тонкой стрелкой поверх чулков,
Остаётся шрамом ремня, глубиной от пореза.
С высоты понимаешь - в мире нет ничего нового,
Нет и главного.
Кроме жизни.
Одной лишь жизни.