Был у нас в армии прапорщик по фамилии Раздобудько. Надо сказать, фамилию свою он оправдывал на 146%. В плане материального снабжения наша батарея горя не знала (для ясности отмечу – у нас на петлицах были две перекрещенные пушки; кто в курсе, тот поймёт). Через полгода службы в нашей части ему на погоны добавили третью звёздочку.
В свободную минуту любил он рассказывать забавные истории из своей службы. К тому же рассказчиком он был замечательным и с нами – срочниками – общался свободно и без напыщенного чванства.
До перевода в нашу часть (ГСВГ) служил он на территории СССР где-то в лесу на почтительном расстоянии от населённого пункта. Воинская часть небольшая, чем занимались – не уточнял. Но судя по всему это была ракетная точка. Хотя не суть дело.
Был у них срочник-водитель на ЗиЛ-131, служил последнее полугодие. По хозяйской части нашему прапорщику частенько приходилось ездить с ним в город. В принципе солдат службу нёс исправно, за исключением одного – любил он выпить. И будучи в статусе «деда» ради «бухла» шёл на различные уловки, фантазией своей он удивлял всех.
По делам части поехали в город. Пока прапорщик ходил по различным конторам, солдат дожидался его в машине. Выписал одну бумажку – заехали на склад, получили; выписал другую бумажку – подъехали к другому складу, получили... К обеду управились, поехали обратно в часть. А вечером солдат уже «кривой»! Где взял водку? В магазинчике на территории воинской части алкоголя нет вообще. Из самых «крепких» напитков только кефир. Даже кваса нет, не говоря уже о пиве и пр. На вопрос «Где взял?» честно ответил:
– Из города привёз.
Обшмонали, нашли пол-бутылки водки. Изъяли. Прапорщик руками разводит:
– Да я вроде недолго по кабинетам ходил. Водитель у меня всегда на глазах. Не видел, чтобы он от машины отлучался.
Спьяну солдат проболтался:
– Я никуда и не отлучался. Поговорил с местными пацанами, мне привезли по-быстрому. Завернул в ветошь, положил с инструментами и поехали.
За честное признание отделался солдат без «губы». К тому же он не был дебоширом, на рожон не лез и после команды «Отбой!» отправился спать.
Спустя некоторое время опять поехали в город. Прапорщик опять по конторам бумажки выписывает, солдат его в машине дожидается. На складах получили всё, что полагалось, загрузились и поехали в часть. На обратной дороге прапорщик приказал остановиться, выйти из машины. Солдат подчинился. Стоит на обочине, наблюдает как прапорщик машину обыскивает. Не найдя запрещённого груза, прапорщик дал отбой и поехали дальше. А вечером... солдат опять «кривой»! Офицер «наезжает» на прапорщика, тот оправдывается:
– Ну не было никакой водки! Машину обыскал, ничего не нашёл. Ума не приложу куда он мог спрятать.
Стали шмонать, нашли. А от бутылки бензином пахнет. Оказалось, что водитель кинул бутылку в бензобак, а в части её вылавливал петлёй из проволоки молодой солдатик. Был на сей раз водитель на «губе» или не был, прапорщик не уточнял.
Прошло какое-то время, выдали денежное довольствие, никуда не ездили, а вечером водитель... «кривой»! Тут уж прапорщик грудь колесом перед офицером типа я не при делах, я совсем ни при чём. Обшмонали, на сей раз водку не нашли. Зато в тумбочке обнаружился пустой фанфурик из-под одеколона. Да и от самого солдата идёт благоухающий запах, хотя раньше он никогда не пользовался косметической жидкостью. Рецепт прост: в стакане одеколон разводится водой, тщательно перемешивается и пойло молочного цвета готово.
Солдату прочитали лекцию, что всякой дрянью можно быстро «посадить» печень. Годы идут быстро, а здоровье надо беречь смолоду.
Время идёт, солдат не бухает. Видимо, лекция подействовала – парень-то не глупый! Снова поехали в город – прапорщик по конторам бегает, водитель в машине сидит. На складах затарились, по дороге прапорщик тщательно осмотрел машину, а вечером... солдат «кривой»! Причём, пахнет от него водкой, а не одеколоном. Прапорщик качает головой, офицеры в изумлении – теперь-то куда он бутылку заныкал? Обшмонали, на сей раз ничего не нашли. Солдат довольный лыбится:
– Да ничего я никуда не ныкал. Из фляжки воду вылил, водку налил. Прапорщик её не проверял.
Прапорщик растерянно открыл рот:
– Мне и в голову не пришло во фляжку заглянуть. У меня с водой своя есть.
Офицер изрёк:
– Всё гениальное – просто!
Дни идут, в город не едут. Но спустя время... солдат опять «кривой»! Что на этот раз? Водкой и одеколоном от него не пахнет, зато сапоги блестят – смотреться можно. Впрочем, к внешнему виду нареканий никогда не было – всегда подшит свежим подворотничком, бляха на ремне надраена, форма отутюжена, сапоги начищены. Служить ему оставалось уже совсем чуть-чуть и по доброте своей душевной раскрыл и этот секрет. Оказывается, после ужина из столовой приносил хлеб, вечером намазывал на него сапожную ваксу, утром соскребал чёрную массу, а хлеб, пропитанный спиртом из ваксы, съедал.
Хоть за время службы и намучились с ним изрядно, провожая на дембель офицеры пожелали ему успехов и направить богатую фантазию в нужное русло. Что с ним стало на «гражданке», история умалчивает.