Видел в Фейсбуке дискуссию про адаптацию мигрантов. Кто-то упомянул Лимонова в том смысле, что лучше него про это никто еще не написал. Ну и вот. Прочитал я роман "Это я, Эдичка". В двух словах — это круто! В искусстве же как. Ценятся новые форматы. Когда Пелевин познакомил нас с мухой Мариной все такие вау! Что он курит!? Но если сейчас издать даже очень крутую книжку о жизни насекомых это будет тупое подражательство. Хотя Бродский сказал, что в контексте американской литературы исповедь Лимонова ничего нового не представляет. Но для русской культуры 70х годов это была бомба. Дело не в том, что тут прямо все такие чопорные и увидев слово из трех букв народ массово роняет монокли. Просто русская литература построена на двух принципах, а роман нарушает один из них. Первый принцип — страдание. С этим полный порядок. Герой непрерывно страдает и бродит по ночному Нью-Йорку в надежде, что его кто-нибудь, наконец, ограбит, изнасилует или застрелит. Не обязательно в таком порядке. Второе — во