Когда-то давно, на заре своей молодости, я ходил голосовать.
Первый и последний раз в своей жизни. Первый, потому что мне исполнилось 18 лет, и я был курсантом военного училища. А последний - потому что из-за моего голосования вы все сейчас живете так, как я тогда заказал. И я больше не хочу вас подставлять.
Но обо всем по порядку.
Помню как нас построили на плацу перед казармой, как сержанты долго нас пересчитывали. Как потом на всякий случай курсовой офицер заставил нас пройти два круга строевым шагом и даже три раза спеть строевую песню.
При звуках нашего хора в топоте волнение курсового офицера поутихло и он разрешил нам остановиться.
Курсового звали Грязный Гарри, и мы его не любили, только взводные сержанты регулярно лизали ему жопу, но тут уж ничего не поделаешь - таково их сержантское жизненное предназначение.
Вообще, несмотря на то, что из нас готовили военных юристов, нам часто приходилось ходить строем, стоять строем на плацу по несколько часов, выполнять бессмысленную работу или бегать до изнеможения по парку. И часто это происходило вместо занятий в аудиториях.
Но если вы думаете, что это нелепо тратить время будущих специалистов и деньги налогоплательщиков на такую ерунду, что это абьюзинг или какое-то там нарушение прав и свобод, то вы вообще ничего не смыслите в принципах социальной инженерии и основах управления курсантами.
Как вы будете справляться с толпой молодых распиз@яев, ленивых, хитрых и начитавшихся умных книжек? 🤷♂️
👉 Курсантов нужно увлечь идеей, пусть и абсурдной
👉 Курсанты должны быть постоянно чем-то заняты, иначе они начинают наглеть, умничать и задавать вопросы, и всячески вредить окружающему пространству и себе
👉 Курсантов нужно утомить, тогда они начнут воспринимать ваши команды беспрекословно
👉 Курсантов нужно кормить, хотя бы иногда, иначе они взбунтуются.
Поменяйте слово «курсант» на «народ» или «электорат» - и вы поймете правила управления государством.
Итак, мы остановились...
С задних рядов уже было потянулся табачный дымок, а систематические залетчики начали монемногу исчезать в пространственно-временном континууме, как вдруг перед строем неожиданно появился командир полка, он же начальник факультета - Полковник Таранов, он же Палыч, собственной персоной, и с ним замполит Мазитов с загадочным прищуром и руками сложенными на животе. Мазитов нервно крутил большими пальцами рук.
- Ну что, на, инопланетяне, на?
- Здравия желаем, товарищ полковник! - хором ответили инопланетяне, то есть мы.
Инопланетяне - так звали наш курс в Военном Университете Министерства Обороны. Почему Инопланетяне - сейчас уже и не вспомнить, но с легкой руки Палыча это имя приклеилось к нам, и мы носили его с гордостью тогда и вспоминаем с удовольствием и тоской по молодости сейчас.
Мы все боялись Палыча как огня и даже сильнее. Про него говорили, что он е@ет все что шевелится, а что не шевелится, то он расшевелит и вые@ет.
Попасться ему на встречу на взлетке или на улице Карбышева или еще где - верный способ схватить пару-тройку суток ареста, попасть в раб-команду или быть расстрелянным на месте. Но слава богу до последнего варианта доходило крайне редко.
Бывало поймает Палыч курсанта, припрет к стенке, выставит три пальца и спрашивает:
- Товарищ курсант, сколько пальцев на руке?
- Три, товарищ полковник!
- Вы наркоман, товарищ курсант, разве Вы не знаете, что на руке пять пальцев? Трое суток ареста!
- Есть трое суток ареста, - радостно отвечает осуждённый, облегченно выдыхая и благодаря курсантских богов, что в этот раз до расстрела не дошло...
Следующая жертва Палыча, караульный, лениво бредущий в столовую и пойманный Палычем по пути, заранее зная как правильно ответить на дзэнский коан Таранова, на тот же самы вопрос лихо рапортует:
- На руке пять пальцев, товарищ полковник!
- Вы наркоман, товарищ курсант!
- Никак нет товарищ полковник!
- У Вас рябит в глазах, Вы наркоман, разве Вы не видите, что я Вам три пальца показал? - И бедолага заступает в караул на третьи сутки...
Вот поэтому все и боялись Палыча. Никто не знал, чем закончится встреча с ним, поэтому еще издали заслыша басовитый голос вышедшего в поисках новой жертвы Палыча, народ исчезал и забивался по щелям как вампиры в полдень.
Но одновременно с этим мы, как ни странно, еще и любили Палыча.
Особенно в строю. В строю было безопасно, в строю нас много, в строю всех не вые@ет, устанет. А еще в строю с ним интересно. Перлы и афоризмы воинской мудрости в исполнении Палыча приобретали особенно уморительный характер, их записывали и передавали из уст в уста.
Положа руку на сердце, только Палыч мог собрать наш курс полностью. Его любили слушать и старались не пропустить ни один из его стэндапов.
- Ну что, на, настало время поговорить с вами, на, о предстоящих выборах, на.
- Курс смирно! - взвизгнул при этих словах Грязный Гарри.
- Вольна, на. - единственный раз в жизни нам показалось, что палыч подбирает слова и даже его междометие «на», производное от слова «на#уй», звучит крайне редко. В обычной жизни десятиминутная речь Палыча содержала от 150 до 200 «на». А тут и до ста не дотянуло...
И вот сейчас перед нами стоит Палыч и волнуется... Небывалый случай! Такого мы не видели никогда, ни до, ни после...
- Товарищи курсанты, на, завтра мы, на, все вы, на, идем на выборы на!
Гробовая тишина.
- И я не буду вам говорить, на, за кого вы, на, должны проголосовать, на. Но вы все знаете, на, что мы, то есть вы, на, должны проголосовать, на, за свободную и независимую Россию, на.
Опять тишина.
- Или тут кому-то не понятно, на?! - Палыч уставился на стоявшего рядом курсового офицера, а Мазитов достал блокнот и карандаш, чтобы записать фамилии непонятливых смертников.
- Вам все понятно, на, товарищ капитан?! - в его голосе послышалась угроза.
- Так точно, товарищ полковник, за единую и независимую Россию.
- Вот так-то, - облегченно выдохнул Палыч. - Вольно, на, разойдись на!
Уединившись с бюллетенем в кабине для голосования я первым делом достал из-за пазухи буханку черного хлеба, украденную в столовой, и сразу съел половину. Чувство голода, не покидавшее меня в течение первых двух лет службы, немного притупилось, и я начал читать текст, напечатанный на листке.
Я понял, что ничего не понимаю в написанном, на всякий случай доел вторую половину буханки и старательно нарисовал хй на каждой странице бюллетеня. Рисовал долго, старательно, со всеми анатомическими подробностями. Так долго, что толстая тетка из избирательной комиссии отодвинула шторку и поинтересовалась все ли у меня в порядке. Я попросил ее не нарушать мою тайну голосования и пообещал скоро закончить. Выйдя через некоторое время из кабинки, я опустил бюллетень в урну и отправился на улицу, надеясь успеть вернуться в бурсу к ужину.
Но я ведь не знал!
Клянусь!
Я не хотел!
Я не подозревал, что мой перфоманс будет воплощен в жизнь так буквально и наглядно!
Я и понятия не имел тогда, что могу как-то повлиять на пространство вариантов!
Причем внешнеполитический результат моего тогдашнего креативного голосования меня как патриота вполне устраивает. Ну нравится мне, чего уж скрывать, когда Родина машет морщинистым х%ем военного пенсионера перед носом у Дяди Сэма и его прихвостней.
Но я никак не ожидал, что мой заказ будет учтен Центризберкомом и положен в основу всей будущей внутренней политики со всеми ее ёбнулениями, басманным правосудием, усилением налогового контроля и распилами...
И в отличие от Дяди Сэма, которому лишь демонстрируется полноразмерная модель моего рисунка, российский народ, видимо для устрашения врагов, испытал на себе все виды и формы взаимодействия с этим предметом.
Именно поэтому я с тех пор больше не хожу на выборы... Мало ли что еще я придумаю нарисовать в порыве счастья и удовлетворения от хорошей жизни и гордости за отечественную космонавтику.
Если чё, прастити!
@Олег Наваха
👩🎨 Другие стихи и прозу непризнанного художника и поэта можно найти по ссылке #несерьезныйпоэт