«Сегодня ночью убили Комедианта»... Это были первые слова, которые я услышала сегодня утром. Кира на кухне смотрела «Хранителей».
Я лежала на кровати и тупо смотрела на пятно от кофе на давно не стиранной простыни. Сразу захотелось курить.
Так. Что вчера было? Я закрыла глаза. Помню, как мы с Кирой катались во дворе на качелях и пили «Буратино» из стеклянных бутылок. Она рассказывала про какой-то астероид, который пролетит слишком близко к Земле. Придумывала, как спастись в постапокалиптическом мире. Я не хотела слушать ее писклявый голосок. Мне бы посидеть в тишине.
Я открыла глаза.
-Кира, сделай тише! Телек орет на всю квартиру.
Наконец, убавила громкость. Я встала с кровати и пошла на балкон. Взяла с подоконника уже сильно нагретую зажигалку. Кира как обычно забыла ее убрать от солнца, дура! Только 8 утра, а на улице уже пекло. Стоя на балконе, я видела в кухонном окне ее хвостик и белую футболку с дурацким псом из мультика. Я опять вспомнила вчерашний день. Мы долго катались, она говорила и говорила. Говорила и говорила. Говорила, говорила!!!
-Кира, умоляю, заткнись!
Я ушла, оставив ее одну. Часа три сидела в телефоне и курила прямо на кровати. Кира вернулась очень громко. Чем-то гремела на кухне, что-то бубнила себе под нос. А потом зашла в комнату и как ни в чем не бывало позвала курить.
-Я теперь буду молчать. Не буду рассказывать тебе ничего. Тебе плевать. А мне плевать, что тебе плевать.
Кира докурила и ушла в комнату.
Да... как-то не очень получилось. Сейчас, стоя на балконе, я вспомнила, что у неё глаза были на мокром месте. Я посмотрела в кухонное окно. Кира что-то ела. Вот сучка, без меня завтракает. Видела же, что я проснулась.
-Кир, что ты ешь? Оставь мне.
Вчера она весь день дулась. А вечером позвала ужинать. На грязном столе были чистые тарелки. В центре стояла вазочка с пригоревшими самодельными солеными сухариками. Мы ели рис с овощами и не смотрели друг другу в глаза. Она грызла эти сухарики и постоянно убирала невидимую прядь волос за ухо.
Вчерашний день какой-то странный. Я как будто что-то забыла. Мы поели, я помыла посуду. Кира красила глаза, долго рисовала стрелки. Потом сидела возле зеркала и читала самой себе стихи. Мои стихи.
А сегодня мне даже не хотелось идти к ней на кухню. Я быстро проскочила в ванную, краем глаза заметив, что за столом никого нет. Неужели, решила за собой помыть посуду?
Стоя под душем, я вспоминала, как Кира плюхнулась вчера на кровать и попросила принести ей сухарики.
-Посмотри на этот свинарник в кровати? Ты ещё решила тут накрошить?
Но я все же пошла и принесла ей эту вазочку с сухарями. Кира залипла в телефоне. Она смотрела какие-то видосы и смеялась как ненормальная. Несколько раз давилась сухариками и кашляла. Потом вытирала глаза от слез, размазывая свои идеальные стрелки. Я посмотрела на простынь, ВЕЗДЕ БЫЛИ КРОШКИ!!!
Я вылезла из ванны и смотрела на себя в зеркало. Опять Кира кашляет. Или мне показалось? Вроде, тишина. Даже телек выключила.
Так, что там вчера было-то. Почему Кира сегодня такая странная. Дверь в ванну приоткрылась.
-Закрой дверь, ты же знаешь, я ненавижу, когда ты так делаешь! Почему меня надо бесить с самого утра? Что я тебе сделала?
Я вспомнила! Мы начали ругаться из-за чертовых сухарей в кровати, она вышла на балкон, закурила. Демонстративно отвернулась от меня и легла грудью на подоконник. Мы так и стояли. Молча. Она смотрела в открытое окно, я смотрела на ее спину. Кира поджала ноги , как бы повисла на подоконнике и сказала:
-Меня не устраивает все!
-Нормально встань, если хочешь поговорить и смотри мне в глаза.
-Нет.
-Кира, ты так можешь упасть в окно.
Так, стоп! Кира вчера выпала из окна. Кто сейчас в квартире?
