Я сама черчу белые полосы, Мне плевать, что должна быть зебра, От мурашек встают дыбом волосы, Понимаешь, отнюдь не от ветра. Не осталось ни стыда, ни совести, Пропадаю в ночи до рассвета, Я парю, будто бы в невесомости, Представляя собой планету. Начерчу ещё от безысходности, Закурю очередную сигарету, И вот, стою на краю пропасти, Я там, откуда выхода нету.
Я сама черчу белые полосы,
Мне плевать, что должна быть зебра,
От мурашек встают дыбом волосы,
Понимаешь, отнюдь не от ветра.
Не осталось ни стыда, ни совести,
Пропадаю в ночи до рассвета,
Я парю, будто бы в невесомости,
Представляя собой планету.
Начерчу ещё от безысходности,
Закурю очередную сигарету,
И вот, стою на краю пропасти,
Я там, откуда выхода нету.
