Недавно позвали на ток-шоу. Люди попались умные, а тема дурная: как научить молодёжь любить классику.
Как будто классика — это протухший холодильник, в котором мёрзнут духовные ценности (маленький человек — хорошо, старушек топором — плохо). Как будто молодёжь — тупое тесто, в которое эти ценности нужно впихнуть, как сосиску.
Вообще слово «молодёжь» — волшебное. Ты его произнёс — и сразу превратился в мордастого чиновника или тётку с характерной причёской. Чему такие люди могут научить? Страху и вранью?
Я верю, что преподавание — не визит в собес, а приключение. Я учу людей постарше, но если бы работал в школе, делал бы это так.
- Сидоров! Я понимаю: тебе тринадцать, в голове одни девчонки. Ну и почитай тогда у Куприна «Яму», оооочень много секса, текст вообще про проституток. Только не читай в кратком изложении, все крутые описания пропустишь. Если понравится, у Достоевского есть на ту же тему, там такая Сонечка — с виду неподобающая особа, но в душе гораздо круче так называемых приличных людей.
- Кузнецова! Вижу, ты там засыпаешь на задней парте. А знаешь, у Чехова есть рассказ — «Спать хочется»? Коротенький, страничка. Но сколько жести на этой страничке!
Ну хорошо, это стилизация. Но достаточно дать первый толчок — дальше люди учатся сами.
Мне вот нравится новый клип Моргенштерна. Он там покупает старинный особняк и открывает в нём школу орального секса. А в конце появляется в карикатурном, но узнаваемом образе Пушкина. И расстреливает Дантеса в упор, о чём и я мечтал.
Как поэт Моргенштерн близок обэриутам, он разрушает саму возможность повествования:
эй эй эй больше нету слов
эй эй эй слов больше нету слов
Но в новом клипе он повторяет хулиганскую стратегию Маяковского — переписать историю:
Сукин сын Дантес! Великосветский шкода.
Мы б его спросили: — А ваши кто родители?
Чем вы занимались до 17-го года? —
Только этого Дантеса бы и видели.
Так что молодёжь не нужно учить любить классику. Она уже её любит. Пусть и не миссионерским способом.
В конце концов классики — это просто крутые мёртвые люди, которые хорошо рассказывали свои истории. Есть чему у них поучиться, чтобы хорошо рассказать наши.