Султан Сулейман порой раздавал сёстрам по серьгам - тем паче, что по части серег он был квалифицированным специалистом: мастер-ювелир высшего разряда, как-никак. Раздавал редко, но метко.
Лимитированная серия серег для сестёр-султанш называлась "Династийная вдова" и была вручена почти каждой. Не удостоили такой цацки только Шах Хубан-султан, и то лишь потому, что её супруг Лютфи-паша несерьёзно подошёл к вопросу троллинга повелителя. Львов не дрессировал, сераскер-султаном себя не объявлял, взяток в промышленных масштабах не брал, шехзадят между собой не стравливал... Разве только в мизогинию ударился, войдя в кризис среднего возраста. В связи с чем очень нетолерантно поступил с одной представительницей неприличной профессии, а потом съездил по щам дражайшей супруге. Но за это пашу шнурком по шейке щекотать не стали - просто отправили с глаз долой, подальше. Потому и Шах-султан в батальон династийных вдов не попала.
А Бейхан попала, причём первой. Можно предположить, что мужа она любила, несмотря на то, что их отношения в "Великолепном веке" остались за кадром. Свалившееся на неё горе женщина переживала не менее остро, чем впоследствии Хатидже, но оно не затуманило ей мозг и не лишило человеческого достоинства.
Бейхан не строит конспирологических теорий и не ищет в окружении Сулеймана людей, которым могла быть выгодна казнь Ферхата-паши. Она понимает, что решения такого порядка падишах принимает сам - на нём и лежит основная ответственность. Потому Бейхан и приняла позицию: "Вы - мой повелитель, но брата у меня больше нет!". Приказов повелителя она ни с кем не обсуждает. Но брат он ей после этого или не брат, решает сама. Разрыв отношений и уединённая жизнь вдали - вот вся месть, какую Бейхан себе позволила. У неё развито чувство долга, поэтому, овдовев, она посвящает себя детям. Отдавая себе отчёт в том, что никакой другой поддержки, кроме неё, у них теперь не будет.
Даже потом, спустя много лет, утешая горюющую сестру, Бейхан скажет ей: "Тебе нужно держаться. У тебя - дети, ты не одна. Их судьба в твоих руках".
Хатидже пошла вторым номером. Размах её скорби оказался таким, что впору было сразу же предпринять что-нибудь суицидальное и рвануть вслед за ненаглядным супругом. Ибо жизнь без него - не жизнь. Однако после неудачной попытки сигануть с балкона султанша пересмотрела приоритеты. И решила, что Ибрагим на том свете пока перебьётся без неё, а у неё есть задачи поважнее. Например - героически выносить мозг всем вокруг, заполняя пронзительным вокалом акустику Топкапы.
Формально Хатидже держится ради детей. Но на самом деле дети у неё маячат где-то на периферии восприятия. Смысл существования отныне один - наказать ненавистную Хюррем. Причём наказать так, чтобы она захлебнулась в мучениях. Гениальных планов у Хатидже много, но раз за разом они терпят провал. Удаётся лишь последний - с похищением. На радостях Хатидже напивается токсичного раствора из флакончика и бежит к брату сообщать, какая она умница. Миссия выполнена, Ибрагим отомщён, дети уж пусть как-нибудь сами вырастут, всем гюле-гюле.
Фатьму-султан к плеяде династийных вдов тоже нужно причислить, поскольку и её муж Кара Ахмет-паша был казнён по приказу султана Сулеймана. Но всё же у неё несколько иная ситуация, чем у Бейхан и Хатидже: супруга подставила она сама, большой любви с её стороны не наблюдалось, детей не водилось. А потому не вижу смысла рассматривать случай Фатьмы наравне с двумя другими.