Галина
Весна вступала в свои права. Возле заброшенного полуразрушенного здания обильно зеленела сирень, скрывая от глаз разрисованные убогие стены и глазницы затянутых копотью окон. Зима прошла и ладно. Особенно радовалась этому щенная рыжая Манюня — крупная дворовая собака рыжего окраса, которую подкармливала Катя все долгие и холодные зимние дни. Рядом с матерью крутилась худая чёрная с белыми пятнами по спине и морде Чара. Такое имя ей придумала сама Катя. Сначала щенок был просто Очаровашкой. Но это долго и неудобно, поэтому сократилось до простого и краткого Чара. Других щенков уже успели разобрать. Я очень на это надеялась, смотря, как собаки жадно, с огромной скоростью поедают принесённую пищу.
Часть 1: Мама напрокат
Мы покупали не только сухой корм, но и носили косточки и объедки со стола, а ещё готовили иногда кашу или макароны на мясном бульоне.
Манюня Катю обожала. Только её подпускала к себе и только ей разрешала играть со щенками. Дочка отвечала собакам полной и безоговорочной взаимностью.
Это была любовь.
Собаки уже наелись и подошли поласкаться. Катя трепала их за ушами, гладила довольные морды и профессионально уклонялась от попыток облизать лицо. От острых игривых зубок Чары увернуться успевала не всегда, поэтому сейчас на дочке не новая и красивая одежда, а старые штанишки и свитерок — вечером ещё было прохладно.
Завтра мы уезжали в новый дом. Сегодня прощание. Собрались почти все. Только Толик был очень занят своими крайне важными делами. Но здесь без разговоров.
Весёлая ласковость животных досталась и нам. Я успела потрепать Маню за рыжие с белыми кончиками уши, а Чара потёрлась боками, как кошка, о Серёжку.
- Прощайте, мои хорошие, — шептала Катя, обнимая крупное поджарое тело Мани. - Я буду вас помнить всегда. И очень-очень скучать.
На глазах моей девочки — слёзы. Она уже не может их скрыть, хлюпая носом. Умная собака, не понимая, что происходит, заглядывает ей в лицо и тычет носом в колени. - Как вы без меня будете? Кто вас станет кормить?
Катя зарыдала, уткнувшись в чёрную шерсть. Мы молчали. Ярослав присел рядом и хотел обнять Катю, но нарвался на предупреждающий оскал Мани. Она стояла рядом, положив лобастую голову на плечо моего ребёнка. Кажется, она тоже плакала.
- Пойдём? — позвала тихонько дочку. - Нам пора!
- Мама, почему мы должны уехать и оставить их здесь? — в покрасневших глазах стоял вопрос, на который я не знала ответа.
- Они не смогут жить в доме, дорогая, — попыталась объяснить. - Не умеют себя вести, никого не подпускают к себе. С ними только ты и дружишь.
- Я сама за ними буду ухаживать, мама! Давай их заберём? Ну, пожалуйста! Пожалуйста, мам! Дядя Ярослав, давайте, а?
Мы с Ярославом переглянулись. Животные у детей уже были. За практически полгода мы научились жить рядом. Это стоило определённых сил. Не уверена, что хочу снова пройти такие сложности. Но эти заплаканные глазки...
- Придётся построить им вольер на улице на заднем дворе, — наконец проговорил Ярослав, который напряжённо что-то обдумывал. - И тёплые будки. И к ветеринару сводить. И придумать, как перевести в новый дом.
С каждым словом Катя расцветала всё больше и больше. И я вместе с ней. На душе стало легко и беззаботно. Всё-таки не зря говорят, что мы в ответе за тех, кого приручили.
Дочка от счастья громко чмокнула в мокрый нос Чару. Я даже поругаться не успела.
- Скоро у вас будет новый дом! Большой, просторный и тёплый! Вам понравится! Только вести себя нужно хорошо и никого не обижать. Понятно? - Собаки сидели на задних лапах и активно подметали хвостами пол, будто понимали, что им вещала моя пятилетка. - Я приду и заберу вас совсем скоро. Дядь Ярослав, а когда?
- Через несколько дней. Нужно многое приготовить.
- Понятно, через несколько дней! Ждите!- И, радостно помахав на прощание своим любимицам, направилась к дому. - Чего встали? Дела нужно делать!
Так в нашей жизни появились ещё собаки. Не последние, кстати.
Мама напрокат. Оглавление (все части по порядку со ссылками)