Алексей выдернул мать с насиженного места и перевёз поближе к себе за пару лет до своей гибели. Жить он планировал долго, счастливо и чтоб семья рядом. В первый брак он вляпался со всего юного разбега в женщину намного старше себя. Возраст классических евреек трудноопределим, с ухоженным лицом и фигурой, с неизменным супом на обед и рыбой по субботам, она казалась Алексею оплотом надежности и стабильности. Растили её сына, родили общего, дом - полная и глубокая чашка и тот же неизменный куриный суп. Правда, мясо из супа доставалось не ему и мать свою привозить в дом ему не разрешали. Потом жена, прихватив свои еврейские ценности и детей, съехала на историческую родину, оставив Алексея без жилья, сына и смысла жизни. Были запои, какие-то одноразовые связи, пока в жизни не появилась Вера. У неё тоже был сын-подросток-шалопай, и помешана дама была на огороде-даче-клубнике. Трудилась Вера в военном госпитале медсестрой, была невероятно хороша собой, через её руки прошло множество высокопос