Сколько помню свою подругу (а знакомы мы почти сорок лет), всех ей было жалко, всем хотелось помочь, всех одарить. Своих детей Бог не дал, поэтому подруга и её муж души не чаяли в племянниках. Жили в Москве, хорошо зарабатывали, поэтому на подарки малышам никогда не скупились.
Давно эти малыши стали взрослыми, почти все обзавелись семьями. Подруга же теперь пенсионерка и вдова. Одаривать племянников, как раньше, больше не может. Пишу с её разрешения, но имя изменю, назову Ириной. А племянника – Венькой. Всё, кроме имён, в этой истории чистая правда. К сожалению.
В гости к родителям Веньки, родственникам своего супруга, Ирина ходила часто, а после смерти мужа особенно. Там ей всегда были рады. Племянника она обожала. Иногда родители Веньки уезжали на несколько дней к своим старикам в деревню и просили присмотреть за великовозрастным парнем – мало ли что. Ирина всегда соглашалась. Всё веселее, чем одной в четырёх стенах. Не думаю, что Венька радовался такому контролю, но и не протестовал.
Однажды подруга позвонила мне сильно расстроенная: заметила, что из кошелька стали пропадать деньги. Исчезали сначала небольшие суммы, потом крупные, и, что ужасно, совпадало это с визитами или ночёвками в доме родственников. Подозревать близких было стыдно, Ирина места себе не находила. Начинала вспоминать, где ещё была, где потратила? Но вроде из ума пока не выжила. Может, в метро вытаскивают? Или в магазине? Но почему кошелёк всегда на месте? Его почему не забирают со всем содержимым? Ничего непонятно! Может Венька это делать? Да ты что! Нееет!
В общем, обсудили мы эту неприятную ситуацию, и решили, что пора бы Ирине отказываться от наличных – пусть деньги будут на карте. Подруга ни в какую – люблю, чтобы была наличка, а привычка – вторая натура. Но что делать, Ирин? Что делать, скажи? Давно пора менять свои привычки.
Ирина очень боялась потерять добрые отношения с родственниками, поэтому ни слова о пропаже денег не сказала. Да и не могла поверить, что в этой семье способны её обидеть. Всё ещё надеялась, что ответ найдётся. Но наличные деньги перестала носить с собой, если только совсем немного.
И всё бы было хорошо, но подруга моя наконец-то созрела для приобретения крутого телефона. Сколько можно с кнопочным ходить, пора приобщаться! Радовалась, как ребёнок! Но при этом не раз говорила, что не может разобраться, как устанавливать приложения, ничего в этом не понимает, вот Ватсап освоила и хорошо. Я не очень верила, честно говоря. Думала, наговаривает на себя, пенсионерку древнюю изображает!
Хорошо, говорит, что Венька такой умный, помогает разобраться, я же в этом полный ноль. Ну, и так далее. Потом Ирина к телефону привыкла, восторги прошли. Да и не до этого – умерла её сестра, Ирина долго приходила в себя после утраты. Сама тяжело заболела, не раз лежала в больнице. Крупных покупок не совершала – продукты да за квартиру заплатить, за интернет. Тут пандемия, никаких поездок, минимум трат. Выбиралась только к родственникам, где по-прежнему Венька помогал ей разбираться с банковским приложением, а у неё так и не получалось всё запомнить. Запутывал тётку малыш. Она же доверяла ему безоговорочно, телефон всегда оставляла без присмотра.
Как-то с матерью Веньки прогуливались, и Ирина, увидев банкоматы, решила снять наличные. Давно не были нужны, а тут потребовались. Но банкомат денег не дал, Недостаточно, пишет, средств. Они к другому. Запросила баланс – две тысячи с хвостиком. А пенсия была пару дней назад. Да и что-то ещё там должно быть, сто лет не тратила! Венькина мать подсказала – звони на 900, срочно! Позвонили. Там ответили – вами совершены переводы на имя Вениамина Александровича Х. Причём переводы с двух карт. На одной у Ирины хранилась приличная сумма на чёрный день, на второй – пенсия. Обе женщины побледнели. Мать Веньки снова спрашивает – тебе что, сообщения из банка не приходили? И тут моя совершенно непродвинутая в телефонных делах подруга вспомнила, что смс из банка ей давно перестали приходить.
В банке Ирине выдали распечатку всех переводов, отправленных с карт. Рассказали, когда был отключен мобильный банк. Предложили написать заявление о мошенничестве. Ирина не согласилась. Сами разберёмся, сказала, племянник это. Девушка-оператор не удержалась от комментария: “Ушлый у вас племянник“.
Всего малыш Венька, на котором надо пахать и пахать, умыкнул с карточек своей доверчивой и ничего не понимающей в гаджетах тётушки ни много ни мало 240 тысяч рублей. Сколько из кошелька – кто теперь скажет наверняка.
Ирина шла посмотреть в глаза Веньке и от обиды не могла дышать. Больнее всего в этой банковской распечатке было видеть, что деньги сняты даже в день похорон сестры. То есть, пока безутешная тётка рыдала, племянник в который раз где-то уединился с её телефоном.
Потом, когда она выплакалась, выговорилась, когда наконец-то всё окончательно выяснилось, она спросила – как ты мог? Детина ответил – я думал, вы не заметите. Он знал, что хоть тётка теперь не работает, а муж умер и зарплату больше не носит, но считать деньги она так и не научилась. Это такая же её привычка, как иметь наличные.
Очень долго моя подруга приходила в себя. Венькина семья вернула Ирине деньги. Но это как в старом анекдоте – ложечки нашлись, а осадок остался. Как получаются такие нравственные уроdы – это уже другая история. Получаются.