Незрячим всегда темно… И пусть даже тысячи звезд, тысячи солнц, озарят в миг пронзительным, проникающим светом – они лишь слепят, лучами прижигая еще не затянувшиеся раны.
Я так уже привык, дернул рубильник, и тьма окутала в своих объятьях. Я, и тысячи людей живущих со мной на этом свете. Толпа слепцов, что волокут свои огромные чемоданы с бесполезным барахлом, за голосом поводырей – шлюх и политиканов.
Незрячим всегда темно… И пусть даже тысячи звезд, тысячи солнц, озарят в миг пронзительным, проникающим светом – они лишь слепят, лучами прижигая еще не затянувшиеся раны.
Я так уже привык, дернул рубильник, и тьма окутала в своих объятьях. Я, и тысячи людей живущих со мной на этом свете. Толпа слепцов, что волокут свои огромные чемоданы с бесполезным барахлом, за голосом поводырей – шлюх и политиканов.