Глава XXVI
Кира вернулась домой поздно. Максима в квартире не было, но вещи его никуда не делись, разве что только самое необходимое. «Рассчитывает, что передумаю?». Она улыбнулась своим мыслям, впервые за последнее время она почувствовала себя хозяйкой в собственном доме.
– Надо обязательно сделать ремонт в той комнате! – сказала она вслух. – Вот только заберёт свои шмотки.
Она была настроена решительно. Понятно, что от покорной ранее женщины Истягин такого упорства не ожидает, и явно рассчитывает на примирение. Но заявление подано, и забирать его Кира не собиралась.
Утром следующего дня Максим Истягин сидел в кафе в трёх кварталах от дома и пил чай. На работе он взял отгул, а теперь размышлял, не решаясь идти в квартиру. «Может, Кира ещё передумает, так зачем торопиться с вещами?». Он сделал большой глоток чая: «Вот, так позволяй бабам лишнего, быстро на шею садятся».
– Максим? – возле его столика остановилась девица, смутно кого-то напоминавшая.
Он посмотрел повнимательнее, память отказывалась идентифицировать это размалёванное чудо.
– Светлана, подруга Киры, – подсказала она, увидев замешательство Истягина.
Максим даже привстал. Он всего пару раз раньше встречался со Светланой, но обладал неплохой памятью на лица. И если бы не метаморфоза, произошедшая в ней, легко узнал бы.
– Ты почему не на работе?
– Тебе какое дело? – буркнул Истягин. С подругами Киры нужно держать ухо востро.
– Никакого, просто спросила. А чего ты такой злой, хотя «сколько волка не корми, человек собаке друг».
– Чего? – не понял Максим.
– Ладно не бери в голову. Так что ты здесь делаешь? С Кирой поссорился? – хохотнула Светлана.
– А то ты не знаешь, что она на развод подала? – разозлился Истягин.
Светлана удивлённо уставилась на Максима, переваривая информацию. А потом вдруг игриво улыбнулась:
– Так ты теперь без пяти минут свободный?
Максим поморщился, всё-таки у него не настолько плохо со вкусом.
– Может, ещё передумает.
– Тогда, Максик, – принялась щебетать Светлана. – Ты должен знать всё о своей коварной жёнушке. И благодарить Бога, что она решила с тобой развестись, а не сделать чего-нибудь похуже.
– Ты совсем сбрендила, да? Я Киру, как облупленную знаю, какое в ней коварство.
– А вот послушай, как она, воспользовавшись моими чувствами, меня под Лобина подложила.
– Лично подкладывала? – усмехнулся Истягин, посматривая на мини-юбку Светланы.
– Э-э-э… – протянула девица. – Не лично, конечно, но ведь, отправляя меня к нему, она же понимала, что между нами произойдёт.
И она принялась взахлёб рассказывать о том злополучном вечере, не забывая сгущать краски на действиях Киры.
– И вот теперь все, даже Филимонов, считают, что Кира причастна к убийству Серёженьки. Если бы не ваше алиби с рестораном, её бы уже давно арестовали. Может, поможешь следствию. Скажешь, что Кира выходила и её не было целый час, пока ты ждал.
– Совсем дура, да? – громко хмыкнул Максим. – Никогда в ресторанах не была? Все перемещения посетителей фиксируются камерами.
– И что? – не поняла Света.
– А то, идиотка, – отбросил он всякую любезность. – Следователь уже давно изъял записи и по-ми-нут-но знает где была Кира. А ты вместо того, чтобы пытаться упечь за решётку человека, только потому что мужик не оценил тебя, лучше бы к стилисту нормальному сходила.
Светлана подскочила, как ужаленная:
– Ненавижу вашу семейку, всю жизнь мне сломали.
– Интересно чем? – рассмеялся Максим. – Жива, здорова… Процветаешь. А… – догадался вдруг он, – боишься, что, если версия с Кирой не прокатит, ты под подозрение попадёшь.
Светлана дёрнулась.
– Угада-ал, – продолжал глумиться Истягин. – Не веришь нашему доблестному следствию.
– Не верю, – взвизгнула Света. – Ненавижу вас всех!
И выскочила из кафе. Максим же позвал официанта. Теперь он знал, как построить разговор с Кирой.