Я родился в Железногорске, где закончил среднюю школу № 99 в 1980-м году. После этого поступил в Московский физико-технический институт (МФТИ), потому что хотел заниматься наукой. Закончил факультет общей и прикладной физики по специальности «экспериментальная ядерная физика». Однако после окончания попал в Институт Биофизики АН СССР в Пущино, где стал заниматься электрофизиологией сердца, чем и занимаюсь с тех пор всю жизнь.
Работал в Пущино до 1992 года, когда защитил кандидатскую диссертацию (и стал кандидатом физико-математических наук) в Институте Теоретической и Экспериментальной Биофизики, одной из половинок разделившегося Института Биофизики.
В 1992 году учёные уезжали массово, потому что финансирование науки практически прекратилось правительством Гайдара, что особенно трудно было в городах вроде Пущино, где другой работы просто не было. Мы с женой оба выпускники МФТИ и сотрудники Академии Наук.
Выбора практически не было — уехать или голодать. Зарплата была 6 долларов в месяц в пересчете по тогдашнем курсу.
Я написал полдюжины писем в ведущие лаборатории мира по электрофизиологии сердца — и принял первое же предложение из Питтсбургского Университета в США. Летом 1992 года мы собрали пару чемоданов и уехали с женой и дочкой. Думали на год-другой — пока шоковая терапия Гайдара не закончится. Но шок затянулся....
В 1992 году мы были органической частью мирового научного сообщества, у меня, например, уже было полдюжины статей в ведущих англоязычных журналах. Поэтому идти торговать на рынке я не считал возможным для себя выбором.
Во время путча мы переписывались по электронной почте с коллегами из США и Европы, в том числе — с нашими сотрудниками, уехавшими раньше нас. Ряд учёных учредили фонды помощи для уезжающих — мне прислали денег взаймы на билеты несколько коллег. Причем, прислали даже больше, чем нужно — всё вернул с первой же получки.
Я уезжал, как казалось, на время, на пару лет. Уезжал в лабораторию известного ученого, который нас встретил с потрясающим гостеприимством, принял в свою семью. Научные исследования были очень интересными, у меня сразу пошли хорошие публикации. И через два года мне уже предложили открыть свою лабораторию, о чем в России мечтать даже не приходилось.
Сильная наука есть в США и Европе. Я писал в лаборатории обоих континентов, и то, что попал в итоге в США — случайность. Но в США возможностей было больше. Хотя сейчас у меня есть проекты и в США, и в Европе, и в России. В США культура более приемлема для иммигрантов, чем в Европе, где часто местные ученые более предпочтительны даже при меньшем таланте.
Чувствую ли я себя чужим?
Нет, не чувствую. Я живу в Вашингтоне, где повсюду посольства многих стран мира, включая РФ. Постоянно слышу многие языки мира в магазинах, на концертах. Город очень интернационален, есть выбор культуры, кухни, музыки любых стран мира. Постоянно хожу слушать Рахманинова, Мусоргского, Чайковского и других русских композиторов в центре им. Кеннеди, где есть Русский Зал, оборудованный Потаниным.
Хожу на разные культурные события в Российском Культурном Центре и Посольстве РФ. Жизнь учёного отличается от жизни многих — я постоянно езжу по всему миру с докладами и проектами, в том числе, бываю и в России.
Трудно ли найти работу/жилье?
Если есть работа — то жильё найти несложно. Хотя Вашингтон — один из самых дорогих городов мира, мы решили жить в самом центре на кампусе моего университета Джорджа Вашингтона, в нескольких кварталах от Белого Дома, что очень дорого.
Мне повезло с карьерой — всегда предлагали работу в разных городах США и разных странах мира. И всегда был выбор. Были предложения из Франции, Англии, России. Но пока я не готов уехать из США, где наукой заниматься всё же гораздо легче.
В США я живу уже 29 лет, 11 лет проработал в Сент-Луисе в качестве профессора биомедицинской инженерии, клеточной биологии и физиологии, и радиологии Вашингтонского университета.
Недавно переехал в Вашингтон, в Университет Джорджа Вашингтона, где являюсь деканом факультета биомедицинской инженерии и профессором на этом же факультете. Я также профессор МФТИ в России и “визитинг” (visiting) профессор в Университете Бордо, Франция.
Вашингтон мне очень нравится своей бурной активностью, космополитичностью и относительной близостью к Европе — из него легко долететь до Парижа, Лондона, Москвы, Амстердама.
В Россию пока не собираюсь переезжать насовсем. Но езжу туда регулярно и готов работать с МФТИ и другими университетами по развитию науки и образования в области физиологии сердца. России нужна наука о сердце.