На работу я бежала, как на праздник, во первых, все было ново и очень мне нравилось, во вторых, бежать было всего 20 шагов, а в третьих, я всех там любила, и заведующую, и продавцов, и вечно пьяного грузчика. Так наверное бывает только в юности, ты рад всему, солнцу, людям, и просто живёшь от всей души!
На третий день меня приняли очень серьёзно и пригласили в кабинет заведующей. Сегодня меня вводили в курс и объясняли правила работы. Работать я пока буду неделю через неделю, каждый день в новом отделе, а отделов было восемь, девять, вместе с кассой, как раз на неделю и чуть чуть. Кондитерский, бакалея, рыбный, мясной, молочный, вино водочный, хлебный, соки-воды и касса, которую я освоила слегка во второй день. Правила работы в магазине мне объяснили вчера, но сегодня мне их снова напомнили и дали понять, что от того, как я буду их выполнять будут зависеть мои премиальные. Ещё мне объяснили, что если ученик хорошо усваивает теорию, и легко применяет теорию на практике, то экзамены можно сдать раньше и получить статус младшего продавца, а там премиальные больше. Тогда я была наивной и не понимала, что это за премиальные и за что их платят, но деньги стимулировали.
Работа в первом отделе, кондитерском, предполагалась завтра, а сегодня я опять должна помогать всем подряд и вникать в работу магазина. Мне было интересно все, наблюдать за продавцами, фасовать крупу и сахар, крутить кульки из оберточной бумаги, протирать банки с консервами. Единственное, что меня напрягало, это то, что грузчик к четырём часам вечера обычно был пьяный в стельку, и спал в подвале. Почему так было, я узнаю отработав в этом магазине чуть чуть дольше. А сейчас разгружать машину приходилось мне и продавцу отдела, в который приходила машина. Все в Советском союзе фасовалось по серьёзному, даже конфетки с печеньем фасовались в коробки по 10-12 кг, поэтому я очень наработалась за день. Кроме пьяного грузчика, была ещё подвыпившая уборщица, которую нужно было искать и гнать на рабочее место.
А вечером был экзамен. Меня поставили за прилавок, поставили передо мной чашечку из дулевского фарфора, и все восемь продавцов встали ко мне в очередь. Каждая из них наливала мне в кружечку 20-30 граммов водки и ждала, когда я, не меняя выражения лица, выпью водочку и закушу конфеткой, ну типа чай. Экзамен я сдала на 5, но усталость и водка сломили меня, и домой меня нёс на плече чей то муж, который пришёл встречать жену с работы. Хорошо, что мамы не было дома, когда её семнадцатилетнюю дочь, пьяную в стельку, принёс домой на плече, совершенно посторонний дядька.
Так я постепенно вникала в суть советской торговли. Именно в суть, потому что не поняв эту суть, не было смысла начинать. Многие приходили, и через два дня уходили, им была чужда эта дикая философия советских продавцов, но она была, и были на свете советские продавцы, которые в то время принадлежали к элите общества. А если без пафоса, эти женщины очень хотели хорошо жить, не стоять в очередях, не тратить полжизни на то, чтобы создать уют, носить хорошую одежду и обувь и ни в чем не отказывать своим детям. Насколько сильно они этого хотели, настолько быстро и вживались в массу торгашей, вот об этом обо всем и буду рассказывать.